Книга Маневр пустого города, страница 200 – Юнь Хуянь

Когда все сосредоточенно погрузились в работу, дверь офиса с громким треском распахнулась.

На пороге стояла только что вернувшаяся в больницу Да Нань, негодующим взглядом она буравила Лао Чжана – эта обычно простодушная, даже, пожалуй, немного недалекая девушка сейчас была вне себя от ярости, по ее миловидному лицу расползались пурпурные пятна, как брызги киновари по поверхности белого нефрита.

Чэнь Шаолин тянула ее за руку и уговаривала, в итоге убедила ее уйти, потом вернулась и положила на пол вещественные доказательства, собранные на месте происшествия. Когда она развернулась и направилась к выходу, Лао Чжан спросил ее:

— Ты сказала Да Нань?

— Сказала.

— Ну и хорошо.

— Хорошо?! Что ты такое вообще говоришь?! – должно быть, из-за чудовищной усталости Чэнь Шаолин внезапно вспылила. – Ты заставил меня так поступить, и тебе совсем ни капли не стыдно?!

Фэн Ци и Лэй Лэй удивленно таращились на нее.

Еще когда они поднялись на четвертый этаж в досуговом центре для пенсионеров и Чэнь Шаолин собиралась позвонить Лао Чжану, чтобы он проинструктировал их, как проводить осмотр места происшествия, она обнаружила сообщение от него: «Когда закончите осмотр, спроси Да Нань, почему она, когда работала на сортировке, вдруг выдала номера всем этим хулиганам? Не выключай телефон, но так, чтобы она об этом не знала».

Чэнь Шаолин ничего не оставалось, кроме как сделать так, как он сказал, но когда Да Нань излила ей всю горечь, что хранила в сердце, она вдруг поняла, что если телефон Чжоу Юнь все это время работал в режиме громкой связи, то рассказ Да Нань слышали все, кто находился в офисе. Чэнь Шаолин стало ужасно стыдно, и в машине она все рассказала Да Нань. Да Нань пришла в ярость, но разве можно было винить ее за это? Поэтому по возвращении в больницу, задыхаясь от злости, Чэнь Шаолин кинулась к Лао Чжану, чтобы потребовать объяснений.

В этот момент вошла Чжоу Юнь:

— Шаолин, не сердись на Лао Чжана. Когда Да Нань начала рассказывать тебе все это, мой телефон действительно работал в режиме громкой связи, но, когда она сказала, что была знакома с тем мажором, Лао Чжан выключил громкую связь, и все остальное слышала только я одна. Поэтому ни Фэн Ци, ни руководитель Лэй ничего не знают.

От такой неловкости Чэнь Шаолин не знала, куда девать глаза, в один момент ее бегающий взгляд упал на серую форменную курьерскую куртку, она на мгновение замерла, затем спросила Лао Чжана:

— Нашел что-нибудь?

Лао Чжан помотал головой.

Чэнь Шаолин сжала губы, с усилием сглотнула, скулы на ее худом лице, казалось, заострились еще больше. Чжоу Юнь подошла к ней и легко тронула за плечо:

— Пойдем, сходим проведаем Сяолин.

Глядя, как Чэнь Шаолин неподвижно сидит рядом с кроватью дочери, Чжоу Юнь, погрузившись в тяжелые раздумья, вышла из палаты наблюдения и тут же столкнулась с Ли Дэяном и Ху Лайшунем. Они отчитались перед ней, что только что закончили первичный осмотр детей из школы «Маленькие лебеди»: судя по общему состоянию, у всех, кроме Ван Юйсинь и Ду Пых-Пых, только царапины и ушибы – на первый взгляд, ничего серьезного, но из-за того, что диагностическое оборудование на отделении довольно простенькое и старое, нельзя исключить возможность наличия скрытых травм, которые оно не позволяет выявить, а поэтому «под наблюдением следует оставить всех».