Книга Маневр пустого города, страница 193 – Юнь Хуянь

— Да Нань, я ведь как-то уже рассказывала тебе о том, что однажды нам с Дашанем пришлось пережить очень темные дни? – при этих словах она грустно улыбнулась. – Конечно, сейчас вокруг нас едва ли больше света, чем тогда…

Да Нань кивнула.

— После я познакомилась с одной женщиной, офицером полиции. Она выдающийся специалист по осмотру мест преступлений, много лет училась в США, знакома со многими американскими экспертами в этой области. Среди них есть один по имени Линкольн какой-то там. Он говорил ей, что в расследовании преступлений из-за того, что преступник скрылся, доказательств не хватает, коллеги норовят пройтись по тебе, начальство давит и даже суды выносят несправедливые решения; часто кажется, что кругом темнота и безысходность, в такие времена есть только один выход – по-английски это звучит: turning face only towards the sun – «всегда поворачивайся лицом к солнцу».

Чэнь Шаолин задрала голову и устремила взгляд в ночное небо, где кружились в изящном танце сверкающие снежинки. На губах у нее появилась улыбка.

— Эта женщина всегда держалась довольно отстраненно. От нее не услышишь красивых фраз. Как говорят – она не станет никому вливать куриный бульон. Но по некоторым причинам у нас с ней сложились очень добрые отношения. В тот момент, когда мне было очень тяжело и грустно, она сказала мне эти слова. Конечно, она не объяснила мне их скрытый смысл, но я поняла. Уверена, что ты тоже понимаешь.

— Turning face only towards the sun, – медленно повторила Да Нань. – Только туда, где свет…

Внезапно их разговор прервал звук мотора.

Перед ними затормозила машина, из нее выскочили несколько человек и побежали к зданию досугового центра для пенсионеров, с треском и грохотом распахнули входную дверь и вломились внутрь, как стадо диких буйволов. Чэнь Шаолин подошла и спросила у их шофера:

— Вы откуда?

Шофер, мужчина с несколькими проплешинами в коротких волосах и сигаретой в зубах, ответил:

— Мы из Кабинета общественной безопасности, получили приказ приехать и занять оборону.

Окинув взглядом цепочки из множества следов, тянущиеся по всей заснеженной дорожке к двери в досуговый центр и поднимающиеся вверх по ступеням, Чэнь Шаолин поняла, почему Лао Чжан несколько раз просил ее провести осмотр места происшествия.

— Мы из Городской детской больницы. В этой глуши мы никак не можем дождаться такси. Вы не подбросите нас до больницы?

— Не получится, мы здесь не для этого, – ответил Плешивый.

— Тогда позвоните вашему начальнику Лэй Лэю, посмотрим, что он скажет, – сказала Чэнь Шаолин.

Деваться Плешивому было некуда, и он набрал номер Лэй Лэя, сказал всего несколько фраз и повесил трубку, затем махнул рукой Чэнь Шаолин и Да Нань:

— Залезайте в машину!

Машина тронулась с места. Да Нань неподвижно сидела, уставившись в одну точку за окном, как женщина, только что выдавшая тайну, которую хранила много лет на самом дне своего сердца. Теперь в ее сердце стало пусто, как будто бы из него вынули что-то или вырезали ножом.

Внезапно Да Нань почувствовала, что кто-то сжал ее руку.

От неожиданности она вздрогнула, повернула голову и увидела извиняющийся взгляд Чэнь Шаолин.

— Да Нань, извини, есть одно дело… Только, пожалуйста, ты обязательно должна меня простить…

После известия о том, что Юань Юань благополучно избежала опасности, силы оставили Чжоу Юнь, она впала в какое-то полубессознательное состояние. Опираясь на руку Лао Чжана, она добрела до офиса и, не произнеся ни слова, легла на диван, затуманенным взглядом уставившись в потолок.