Книга Маневр пустого города, страница 153 – Юнь Хуянь

После этих слов Лао Сун встал и ушел.

Выслушав рассказ мужа, Чжоу Юнь невольно улыбнулась, тоже взяла раскладной стул и села рядом с ним. На балконе с приоткрытым высоким окном в пол было прохладно, и она сначала просунула ладони в мужнины рукава, потом положила голову ему на грудь, а затем уже всем телом уютно расположилась в его в объятьях, совсем как раньше, в студенческие времена, когда они сидели ночами на скамейке в самом глухом уголке университетского сада.

— Не грусти. – Она медленно провела пальцем по трем вертикальным морщинкам между его бровями, будто собиралась стереть их. – Раньше, когда мы вечером приходили домой, всегда только я плакалась тебе, а ты никогда не жаловался, а сегодня почему-то все наоборот.

— Да я просто рассердился. Сейчас очень сложная обстановка с распространением этой инфекции. В центре много раз подчеркивали, что нужно уделять этой тенденции особое внимание, а у них еще хватает времени собираться, чтобы выдувать эти абсолютно бестолковые пузыри… – мрачно произнес Лао Сун. – Да, все верно, есть много причин, по которым происходят конфликты между врачами и пациентами, но корень проблемы один, и они все это знают, но все делают вид, что нет. Например, ты часто жалуешься, что пациенты тупые, невежественные, упертые и недалекие, это правда выливается в то, что они зачастую неправильно понимают, как работают врачи. Вплоть до того, что происходит вся эта мерзость, когда врачей оскорбляют или бьют. Но почему они такие тупые и невежественные? Разве не потому, что сейчас повсюду – на радио, телевидении, в газетах и соцсетях – лживой, ошибочной информации, когда постоянно нахваливают универсальные средства от всех болезней, стало так много, что она заслоняет собой небо и землю, повсюду скалит зубы и выпускает когти? И с этим не только не борются, а наоборот, поощряют все это! Для того чтобы получать астрономические доходы от рекламы, они на публике произносят суровые и резкие слова, делая вид, что пылают праведным гневом и терпеть не могут этих подлецов и мошенников, а за кулисами тайком работают с ними заодно, обедают вместе, пьют вино и произносят заздравные тосты; а тем временем врачей оскорбляют и наносят им увечья, и я, как врач, полон решимости бороться с этим, но последние несколько лет назначение дорогих лекарств, получение красных конвертов, направление на повторные обследования – разве не этим занимались те немногие паршивые овцы в наших рядах? Почему врачи носят белые халаты? Для того, чтобы дать понять пациентам: наше дело не терпит грязи, а если мы сами своими действиями позорим святость и чистоту нашей профессии, то что мы сможем противопоставить критике и осуждению? Ты постоянно замечаешь, что когда я встречаюсь с трудными пациентами, то всегда говорю с ними с улыбкой, терпеливо и без спешки. На самом деле это потому, что я часто ставлю себя на их место: врачам приходится трудно и тяжело, они устают – кто не знает об этом? А что насчет больных? Им не трудно? Им не тяжело? Они не устали? Особенно те, кто приехал из бедных районов, взяв с собой немного денег, которые скопил, отказывая себе в самом необходимом. Дотащив до города свое измученное уже нестерпимой болью тело, в такое холодное время они даже не могут позволить себе остановиться в гостинице и спят на улице, укрывшись захваченным из дома ватным одеялом, которое за ночь промерзает так, что становится твердым, как лист железа. Когда они утром стоят в очереди за номерками, у них на волосах блестит иней. Приезжая в больницу, они надеются, что мы сможем вылечить их болезнь, но из-за того, что у возможностей медицины есть предел, иногда исцеление, которого они так жаждут, оказывается недостижимым. Тогда они ворчат, сетуют или даже бранятся. Как можно быть настолько жестоким, чтобы упрекать их? Возможности медицины ограниченны, но сочувствие врача к пациенту должно быть безграничным.