Онлайн книга «Волчье логово»
|
XL. Государь и девушка Не удивляйтесь. Я люблю исповедоваться женщинам. Это моя слабость. И к тому же, мне нужно попытаться себя убедить, что мне еще доступны чувства, хоть я уже не чувствую ничего. Мир уже почти не прикасается ко мне. И это возмездие, ведь я сегодня вижу, что в продолжение жизни я едва касался мира. А. де Монтерлан «Мертвая королева» Каждый год весна одна и та же, но мне кажется, что каждый раз она приходит впервые. А. де Монтерлан «Мертвая королева» Taaffe: Du hast dich selber ums Glück gebracht! Mary: Fahr’n Sie zur Hölle, mein Herr! Ich bin zu allem bereit! Wenn das Schicksal ihn ereilt. Rudolf Тааффе: Ты сама у себя отобрала счастье! Мэри: Провалитесь вы в ад, мой господин! Я ко всему готова! «Когда судьба его настигнет». Мюзикл «Рудольф» Гордый, изящный и блестящий монсеньор Гильом де Леруа медленно и задумчиво расхаживал по небольшой приемной зале в замке де Сюрмон. Рассеянным взглядом он окидывал унылый пейзаж, открывавшейся за окном, и старые, выцветшие шпалеры, украшавшие стены. Странные мысли мелькали в голове надменного государя. Ему доложили, что мадемуазель де Сюрмон хочет ответить отказом на его почетное предложение. Это казалось графу до того нелепым и забавным, что легкая улыбка невольно трогала уголки его тонких губ. Несомненно, эта бедная и невоспитанная девушка еще ребенок. Она толком не понимает, чего от нее хотят. Сеньор де Леруа всегда был любезным и изящным кавалером. Он привык вызывать восторженные улыбки на лицах прекрасных дам. Только поэтому он снизошел до свидания и разговора с этим прелестным и наивным созданьем. Дверь в залу тихо отворилась. Граф обернулся и увидел молодую девушку в простом, светлом платье. Она была небрежно причесана, на лице не было красок. Словом, девушка никак не приготовилась к приему столь важного и высокого гостя. Подойдя к государю, она поклонилась спокойно и просто, без тени восхищения и без тени страха. Ее глубокие, темные глаза смотрели сосредоточенно и печально. Улыбка не трогала юные губы. Изысканным, придворным жестом граф пригласил девушку сесть. И только потом сел напротив, глядя на нее мягким и чуть насмешливым взглядом. — Вблизи мадемуазель кажется мне еще более прелестной, чем на балу. Надеясь расположить к себе это дикое дитя, эту настороженную птичку, сеньор де Леруа начал беседу с искреннего и приятного комплимента. — Это странно, – просто и так же искренне ответила Бланш. – Потому что государь кажется мне таким же, как и был. Однако, в тот вечер на празднике я не думала, что нам доведется познакомиться ближе… — Я очень рад нашему знакомству. Мы могли бы стать добрыми друзьями и узнать друг друга получше… Для этого у нас будет много времени. — Иногда людям не удается узнать друг друга и за целую жизнь, – серьезно возразила она. — Не делайте вид, что не понимаете меня, милое дитя, – с нетерпеливым жестом прервал ее государь. – Я говорю вам о том, что вскоре вы поселитесь в моем замке и станете мне доброй и послушной дочерью. — Я уже сказала, монсеньор, и повторяю еще раз: это невозможно. Темные глаза смотрели спокойно и пристально. Голос был недетскими серьезным. На мгновенье в зрачках государя молнией промелькнуло что-то похожее на удивление. — Мадемуазель, – медленно и задумчиво произнес он, – должно быть, вы не понимаете, о чем идет речь. Вы обязаны согласиться. |