Книга Борьба двух, страница 23 – Михаил Новиков

— Мог ли ты спасти Элизу? Можешь ли ты простить Эндона? Или же он должен пасть здесь и сейчас? Ты палач или судья? Бандит или рыцарь? – всё это неумолимо твердил внутренний голос. Это была душа. Это был её голос.

— Эндон, отпустить я тебя не могу. Меня не поймут мои люди, да и ты слишком опасен. Но если Восстание победит, то я дарую тебе свободу. Тебя вывезут в отдалённую деревню, где ты останешься и продолжишь свою жизнь.

От этих слов старик вздрогнул. В нём зазвучал вызов и воля, словно он всё тот же молодой офицер в плену у мятежников.

— Ты кто такой, чтобы решать мою судьбу? Я знатный дворянин! Не пристало, чтобы простолюдин распоряжался мною!

— Ты же понимаешь, что мне придётся казнить тебя?

Но всё же Эндон не был молод и шансов на спасение у него не было. Он знал, если Восстание проиграет, то перед этим его убьют сами мятежники, а если выиграет, то он не сможет с этим смириться.

— Знаешь, Цезарь, будь ты чуть терпеливее и умнее, то стал бы отличным офицером или судьёй. Ты мог посвятить свою жизнь служению Империи. Я бы даже дал согласие на твою свадьбу с Элизой. Ты мог бы стать достойным человеком. Но теперь уж поздно что-то говорить. Тут одни грязные простолюдины, а ты из них самый достойный, так что казни меня сам. Мне пора на покой. Действуй.

Цезарь не был удивлён решением Эндона. Через двадцать минут всё было готово к казни. Однако Цезарь не спешил. Он понимал, что Эндон ценный пленник и казнить его глупо, но герой чувствовал вину перед Элизой. Исполнив последнее желание её отца, он мог хотя бы немного искупить свою вину.

Герой взошёл на помост. Взял ружьё в одну руку, а другую поднял.

— Жители Альбены, день Восстания настал! Мы сумели захватить город! И вот перед вами тому живое доказательство! Главный военачальник Железного Легиона! Именно он более десяти лет назад утопил в крови несколько городов, что восстали против Империи! Теперь мы, Народный суд, выносим ему приговор!

— Смееерть!!! – отовсюду слышалось лишь это слово. Рёв толпы становился всё сильнее. Его Волю можно было расслышать и за пределами Альбены.

— Народный суд вынес приговор. Эндон из рода Руанов, за преступления против народа Народный суд приговаривает вас к смерти!

Выстрел. Отовсюду послышались одобрительные крики.

— Друзья, это лишь начало! Скоро прибудут Легионы! Они захотят отвоевать у нас наш родной город!Нельзя позволить им это сделать!Отдыхайте! Скоро мы дадим отпор Империи!

Под ликующие возгласы толпы Цезарь сошёл с помоста. К нему подошла Яна.

— Цезарь, нам надо поговорить…

Они прошли в отдельно стоящий шатёр.

— Цезарь, через несколько часов мы либо погибнем, либо победим. Третьего не дано. Поэтому я бы хотела поговорить с тобой о нас…Я понимаю, что мы знаем друг друга всего лишь год и этого мало…Однако вместе мы пережили то, чего многим не удастся и за всю жизнь…Я люблю тебя, Цезарь.

Что-то кольнуло героя. Не в сердце, не в разум, но в душу. Герой не был к такому готов.

— Ну что ты ответишь? Взаимностью? Свяжешь свою судьбу сеё? Или откажешь? Оставишь её одну в мире , который вот-вот рухнет? А главное, ты сам её любишь и чем? Чего она стоит? Какой любви достойна?

— Твоей- тихо шепнул Цезарь себе под нос. После он перевёл взгляд на Яну. Привычная её серьезность исчезла. Зелёные очи её вопрошали Цезаря. В воздухе повисло приятное напряжение подобное тому,что обычно появляется перед тем, как юноша впервые признаётся в искренней любви девушке. Герой никогда не боялся своих чувств. Он понимал их и всегда мог объяснить их для себя. В то мгновенье в нём пробудилась мальчишеская робость. Яна показалось ему гораздо старше его. Словно он был мальчишкой, который влюбился во взрослую девушку. Но эта робость была сладка. Невиданное сладко-томительное чувство охватило героя