Книга Стрекоза в янтаре, страница 230 – Диана Гэблдон

Улыбка исчезла с его лица, и оно стало совершенно серьезным.

— Я не давал тебе жизнь Рэндолла в обмен на свою собственную — прежде всего, это был бы неравноценный обмен. Закрой рот, англичаночка, — деловито добавил он. — Мухи могут влететь.

В карете и в самом деле было несколько мух. Три из них сидели на рубашке Фергюса, не обращая внимания на то, что грудь мальчика мерно вздымалась и опускалась.

— Тогда почему ты согласился?

Я перестала сопротивляться, и он, зажав обеими руками мои ступни, медленно водил пальцами по пяткам.

— Ни по одной из причин, которые ты мне привела. Что касается Фрэнка, — вздохнул он, — ну, есть доля правды в том, что я увел у него жену, и мне жаль его, иногда больше, чем других, — добавил он, пошевелив бровями. — Это все равно как если бы он был моим соперником здесь. У тебя был свободный выбор, и ты выбрала меня, даже несмотря на то что на его стороне был такой весомый аргумент, как горячая ванна в доме. Уф!

Я высвободила одну ногу и пнула его в ребра. Он снова поймал ее, как раз вовремя, чтобы не получить второй удар.

— Сожалеешь о своем выборе?

— Пока нет, — сказала я, вырываясь, — но могу пожалеть в любой момент. Если не замолчишь.

— Ну ладно. Я не мог понять, почему тот факт, что ты выбрала меня, означает, что надо так переживать по поводу Фрэнка Рэндолла. Кстати, — сказал он доверительно, — я учту, что надо очень ревновать тебя к этому мужчине.

Я пнула его другой ногой. Он ловко поймал ее за щиколотку.

— Что касается спасения его жизни, — продолжал он, не обращая внимания на мои попытки вырваться, — на этот вопрос брат Ансельм в аббатстве мог бы ответить лучше меня. Я бы, конечно, не стал хладнокровно убивать невинного человека. Однако я убивал людей в бою. Есть ли разница?

Я вспомнила солдата и мальчика на снегу, которых убила, спасаясь из Уэнтуорта. Я больше не изводила себя воспоминаниями об этом, но знала, что никогда не избавлюсь от них.

Джейми покачал головой:

— Можно найти много всяких аргументов, но так или иначе все они сводятся к одному: ты убиваешь, если должен убить, и потом ты живешь с этим. Я помню лицо каждого человека, которого убил, и всегда буду помнить. Но дело в том, что я жив, а они нет. И это мое единственное оправдание.

— Но к данному случаю это не подходит, — заметила я. — Вопрос так не стоит: убить или быть убитым.

Он покачал головой, смахивая муху, которая села ему на волосы.

— Тут ты ошибаешься, англичаночка. То, что стоит между мной и Джеком Рэндоллом, может быть решено, только когда один из нас умрет. Есть разные способы убийства, не только с помощью ножа или ружья, и есть вещи похуже, чем физическая смерть. — В голосе его звучали ласковые нотки. — В аббатстве Святой Анны ты спасла меня не только от физической смерти, mo duinne, и не думай, что я этого не понимаю.

Он вздохнул.

— Наверное, ты все же чаще спасала мне жизнь, чем я тебе… — Он отпустил мои ноги и выпрямился. — Поэтому надо еще разобраться. Ведь ты не знала, что произойдет, когда делала свой выбор. Одно дело — отвергнуть мужчину, и совсем другое — обречь его на смерть.

Мне вовсе не нравилась такая интерпретация моих поступков, но отрицать факты я не могла. Я действительно отвергла Фрэнка и, хотя не раскаивалась в своем поступке, все же жалела и всегда буду жалеть о необходимости этого выбора. Джейми словно продолжил мои мысли: