Книга Стрекоза в янтаре, страница 216 – Диана Гэблдон

Я приникла к окну, но Джейми не увидела. На аллее не было никакого движения, кроме колышущихся теней кипарисов и тополей.

Я нетерпеливо застучала в крышу кареты, но кучер только прикрикнул на лошадей и погнал их быстрее. В это время суток дороги были свободны, и мы неслись по узким улицам, как будто сам черт гнался за нами.

Едва мы остановились на улице Тремулен, я выпрыгнула из кареты в гневе и одновременно в панике.

— Почему вы не остановились? — закричала я на кучера.

Он пожал плечами, сидя в безопасности на своих козлах.

— Хозяин приказал мне доставить вас домой как можно быстрее, мадам.

Он поднял кнут и слегка тронул им лошадь.

— Подождите! — крикнула я. — Я хочу назад!

Но он только втянул голову в плечи, как черепаха, и сделал вид, что ничего не слышит. Карета уехала.

Задыхаясь от бессилия, я повернулась к дому. В дверях появилась маленькая фигурка Фергюса. Его тонкие брови поднялись в немом вопросе.

— Где Мурта? — отрывисто спросила я.

Маленький клансмен был сейчас единственным, кто мог, во-первых, разыскать Джейми, а во-вторых, остановить его.

— Я не знаю, мадам. Может быть, вон там.

Мальчик кивнул в направлении улицы Гамбож, где располагалось несколько таверн. Некоторые из них представляли собой вполне приличные заведения, где путешествующая леди могла бы пообедать со своим мужем. Большинство же были просто забегаловками у реки, куда даже вооруженный мужчина не стал бы заходить в одиночку.

Я положила руку Фергюсу на плечо:

— Беги и найди его. Как можно быстрее!

Встревоженный моим тоном, он сбежал по ступенькам и исчез, прежде чем я успела добавить: «Будь осторожен!» Впрочем, он знал парижское дно гораздо лучше меня. Когда-то он был воришкой-карманником и ориентировался в толпе посетителей таверн, как рыба в воде.

Но сейчас меня волновало другое. Мысль о том, что Фергюса схватят и повесят, все его проделки меркли в сравнении с последней фразой Джейми, обращенной к Рэндоллу.

Нет, конечно, он не вернулся в дом герцога! Нет, уговаривала я себя. У него нет с собой шпаги. Каковы бы ни были его чувства — а у меня вся душа переворачивалась при мысли об этом, — он не станет действовать необдуманно. Я уже видела, как он сражается: разум работает холодно и четко, эмоции никогда не затуманивали его рассудок. Значит, невзирая ни на что, он будет придерживаться формальностей. Ему нужны были строгие правила, чтобы удовлетворить свою честь. Это помогало преодолевать приливы гнева, бороться с неиссякаемой жаждой крови и мести.

Я остановилась в прихожей, механически сняла плащ. Взглянув в зеркало, поправила прическу.

«Думай, — безмолвно просила я свое бледное отражение. — Если он собирается драться на дуэли, то что ему понадобится в первую очередь?»

Шпага? Вряд ли. Его собственная висела наверху в спальне, на дверце шкафа. Хотя он легко мог одолжить шпагу, я не могла себе представить, чтобы главную дуэль своей жизни он провел с чужим оружием в руке.

Шпагу ему подарил дядя Дугал Маккензи, когда Джейми было семнадцать лет. Дядя научил его обращаться с ней и показал несколько эффектных приемов для левой руки. Они тренировались в фехтовании левой рукой против левой по нескольку часов в день. Наконец Дугал сказал мне, что теперь испанский клинок стал продолжением руки Джейми. Да и сам Джейми как-то признался, что чувствует себя без шпаги голым. А это был не тот бой, на который он вышел бы голым.