Книга Огненный крест, страница 478 – Диана Гэблдон

Я тоже чувствовала запах дыма, и уже давно, но теперь гарь усилилась. Сунги вышла за порог, остальные потянулись за ней. Под ложечкой засосало нехорошее предчувствие.

На небо наползали дождевые тучи, но даже на их фоне отчетливо выделялось облако дыма — грязное пятно, клубящееся над дальними деревьями. Поднялся ветер — предвестник надвигающейся бури; сухие листья с шуршанием прокатились мимо, словно зверьки на маленьких жестких лапках.

В большинстве языков мира для ситуаций, пробуждающих тревогу, предусмотрены односложные слова; чероки не стал исключением. Что сказала Сунги, я не разобрала, но и без того было понятно. Одна из девушек лизнула палец и выставила вверх; впрочем, жест оказался излишним — сильный ветер ударил прямо в лицо, отбрасывая волосы назад и холодя шею. Судя по направлению, дуло в сторону деревни.

Анна сделала глубокий вдох, расправляя плечи, — видимо, готовилась к решительным действиям. Внезапно все разом задвигались, поспешили к своим домам, сзывая детей и попутно сметая в юбки вяленое мясо с сушилок, связки лука или кабачки с навесов.

Я не знала, где Джемми. Одна из девочек постарше увела его с собой играть, но в суматохе я не помнила, какая именно. Подобрав юбки, я пустилась бежать вниз по улице, бесцеремонно заглядывая в каждый дом. Хотя в атмосфере явно чувствовалась напряженность, переполоха никто не поднимал.

Я нашла его в пятом доме. Малыш крепко спал в компании других детей разных возрастов; все они свернулись, как щенята, в складках буйволиной шкуры. Я распознала его лишь по волосам, светящимся в полумраке, словно маячок. Он тут же проснулся и начал оглядываться по сторонам, недоуменно моргая. Я осторожно выпутала его из шкуры и взяла на руки.

— Зайка, пойдем с бабушкой, нам пора.

— На лофадке? — оживился ребенок.

— Отличная мысль, — сказала я, сажая его на бедро. — Пойдем-ка поищем лошадку.

На улице запах дыма стал еще сильнее. Джемми закашлялся, а я почувствовала едкий привкус во рту. Эвакуация шла полным ходом; люди — большей частью женщины — вбегали и выбегали из домов, толкая перед собой детей, вынося поспешно свернутые узлы с пожитками. Однако паники не наблюдалось. Оно и понятно: в деревянном поселке на краю леса риск воспламенения довольно высок. Видимо, жителям уже приходилось иметь дело как минимум с лесными пожарами, так что все были подготовлены.

Это соображение подействовало успокоительно, однако ему на смену тут же пришло новое: за шуршание листьев я приняла потрескивание приближающегося огня, что отнюдь не добавляло спокойствия.

Большую часть лошадей забрали охотники; осталось всего три. На одну взгромоздился какой-то старик, держа на поводу Джудаса и вторую лошадь — видимо, собирался куда-то уводить. Завидев меня, он улыбнулся и показал на Джудаса, который уже был оседлан.

— Спасибо! — отозвалась я.

Старик наклонился, проворно забрал у меня Джемми, дождался, пока я усядусь на Джудаса, и лишь затем осторожно передал ребенка назад.

Лошади беспокойно перебирали копытами. Как и люди, они понимали, что такое огонь, и боялись еще больше. Одной рукой я крепко взялась за повод, второй прижала к себе Джемми.

— Так, зверь, — сказала я Джудасу, стараясь придать голосу командный тон. — Мы уезжаем.

Джудас был только «за» и рванул к бреши в заборе, словно к финишной черте, попутно зацепив мои юбки о колючки. Мне удалось немного придержать его, чтобы старик со своими лошадями нас догнал.