Книга Огненный крест, страница 437 – Диана Гэблдон

Роджер чуть поморщился, но кивнул на похлебку.

— Открывайте ворота, — весело пропела Брианна, поднося ложку к его рту. — Заводите лошадку!

Он раздраженно закатил глаза к потолку.

— Когда я была маленькой, — начала она, игнорируя его гримасу, — мои родители в таких случаях приговаривали: «Вот идет буксир, поднимайте мост» или «Открывайте гараж, едет машинка». С Джемом это уже не годится. А твоя мама тоже придумывала машины и самолеты?

Его губы дрогнули и сложились в неохотную улыбку. Роджер покачал головой и поднял руку, указывая на потолок: на штукатурке темнело неясное пятно. Присмотревшись, она различила пчелу, залетевшую из сада и прикорнувшую в тени.

— Да? Ладно. Открывай ротик, сейчас прилетит пчелка, — тихо сказала Брианна, засовывая ложку ему в рот. — Ж-ж-ж-ж…

Ей трудно было поддерживать игривый тон, и все же напряжение немного спало, и она принялась болтать о сыне. В последнее время тот изобрел новое слово — «вага»; пока никто не догадался, что оно означает.

— Сначала я думала — кошка, но ту он зовет «мяу-мяу». — Брианна вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и снова окунула ложку в похлебку. — Миссис Шерстон считает, что ему пора ходить. У ее сестры дети в годик уже пошли. А мама сказала, что с ним все в порядке — пойдет, когда будет готов. У детей ведь по-разному: от десяти месяцев до восемнадцати; чаще всего — в пятнадцать.

Приходилось внимательно следить за ложкой; тем не менее Брианна ощущала на себе его пристальный взгляд и боялась поднять глаза. Кто знает, что там, в этой зеленой глубине, — Роджер или молчаливый незнакомец, висельник?

— Ах да, чуть не забыла! — прервалась она на середине рассказа об Уилбурах. На самом деле, конечно, не забыла; просто не хотелось вываливать новости сразу, в лоб. — Папа сегодня разговаривал с губернатором, и он — губернатор то есть — выделил тебе земельный участок: пять тысяч акров.

Произнеся это вслух, Брианна поразилась абсурдности идеи: пять тысяч акров дикой местности в обмен на почти отнятую жизнь. Хотя и не «почти», подумала она, глядя на Роджера.

Он недоуменно нахмурился, затем покачал головой, поднял руки в бессильном жесте и откинулся на подушку, закрыв глаза, словно полученная информация была слишком далекой от здравого смысла. Может, так оно и есть.

Внезапно Брианне захотелось прикоснуться к нему, пробить барьер молчания. Она осторожно дотронулась пальцами до его скулы и легонько обвела контуры синяка, всматриваясь в размытые края и темные сгустки крови под кожей там, где разорвались капилляры. Синяк начинал желтеть; мама объясняла, что на травмированный участок прибывают лейкоциты и постепенно разрушают поврежденные клетки, экономно перерабатывая вытекшую кровь, а смена цветов как раз является результатом этого клеточного «домохозяйства».

Роджер открыл глаза и пристально посмотрел на нее. Брианна поняла, что выглядит взволнованной, и попыталась улыбнуться.

— Ты не похож на мертвеца.

Это замечание разрушило невозмутимый фасад: брови дернулись вверх, а в глазах мелькнула слабая искорка смеха.

— Роджер… — Не зная, что сказать, Брианна порывисто наклонилась к нему.

Он слегка напрягся, инстинктивно ссутулившись, чтобы защитить трубку, торчащую из горла. Она осторожно обняла его за плечи, остро нуждаясь в физической близости.