Книга Огненный крест, страница 36 – Диана Гэблдон

— Добрый день, госпожа Фрейзер! — сказала мне опрятная девушка, одна из младших дочерей Фаркуарда Кэмпбелла. — Ваш муж в лагере? Отец просил передать, что хотел бы с ним побеседовать.

— Увы! Ушел по делам. — Я махнула рукой в неопределенном направлении. Джейми мог оказаться где угодно. — Я ему обязательно сообщу.

Девушка кивнула. Все проходящие мимо останавливались перед Брианной, чтобы пожелать ей счастья; шерстяные юбки и плащи цеплялись за кусты восковницы, росшей вдоль тропы, и с ветвей градом сыпались капли.

Брианна отвечала обходительно и любезно, но я заметила, что между густых рыжих бровей залегла тоненькая морщинка. Ее снедала какая-то тревога.

— Что? — спросила я в лоб, как только Кэмпбеллы отошли подальше.

— Что «что»? — удивилась она.

— Что тебя мучает? И не отнекивайся, я прекрасно вижу. Это из-за Роджера? Ты передумала выходить замуж?

— Не совсем, — начала она с опаской. — Я не передумала выходить за Роджера, все в порядке, просто… Я просто… Мне тут подумалось…

Она сбилась, так и не закончив фразу, и залилась краской.

— Подумалось? — встревоженно уточнила я. — О чем?

— О венерических заболеваниях, — выдавила Бри. — Вдруг я тоже подхватила что-то нехорошее? Не от Роджера… от Стивена Боннета.

Щеки Брианны полыхали так ярко, что каплям дождя следовало превратиться в пар, едва соприкоснувшись с ее кожей. Меня пробрала дрожь, сердце сжалось в груди. Я уже задумывалась об этом раньше и предпочла оставить подозрения при себе, не желая сеять тревогу. Неделями украдкой наблюдала за Бри, выискивала симптомы болезни — но признаки инфекции редко заметны на ранней стадии. После рождения Джемми я наконец успокоилась.

— Ясно, — сказала я, стиснув ее руку. — Не тревожься, радость моя. Ты здорова.

Брианна глубоко вздохнула, выпустив бледное облако пара, и ее плечи слегка расслабились.

— Точно? Я чувствую себя нормально, но… у женщин симптомы проявляются не всегда.

— Не всегда. Зато по мужчинам заметно сразу. И если бы Роджер заразился от тебя какой-нибудь гадостью, то я бы давным-давно узнала об этом.

После моих слов она покраснела с новой силой и кашлянула.

— Ох, будто гора с плеч. Значит, с Джемми все хорошо?

— Без всяких сомнений.

Когда Джемми появился на свет, я закапала ему глазки нитратом серебра — ох, как же непросто было достать это лекарство! — но предосторожность была излишней. Малыш не проявлял никаких признаков болезни и выглядел настолько крепеньким и активным, что любая мысль об инфекции казалась совершенно неуместной. Он лучился жизнерадостным благополучием, как горшок с наваристой похлебкой.

— Так ты поэтому спрашивала про контрацепцию? — Мы проходили мимо лагеря Макрея, и я приветливо махнула рукой семейству. — Боялась, что ребенок родится больным?

— Нет. Я раньше не задумывалась о венерических болезнях, а потом ты заговорила про сифилис, и меня будто ледяной водой окатили… Вдруг у него тоже… — Она остановилась, прокашлялась. — А спросила просто из любопытства.

Тропинка стала такой скользкой, что мы обе сосредоточенно замолчали.

Способы контрацепции — это не та тема, которая обычно беспокоит молодую невесту. В чем же дело? Переживает за себя или за ребенка? Роды зачастую могли обернуться трагедией, и всякий, кто видел моих пациентов или хоть раз слушал женские разговоры у вечерних костров, прекрасно осознавал опасности, которым подвергались новорожденные; лихорадка, жестокая простуда или неконтролируемая диарея уносили детские жизни практически в каждой семье. Многие женщины теряли до трех-четырех младенцев, а то и больше. Я вспомнила историю Авеля Макленнана и содрогнулась.