Книга Огненный крест, страница 332 – Диана Гэблдон

* * *

Мы лежали на соломе в объятиях друг друга, наблюдая, как дневной свет потихоньку проникает в приоткрытую дверь конюшни. Стук сердца до сих пор отдавался в ушах, кожу на висках, бедрах и пальцах покалывало, но эти ощущения словно существовали отдельно от меня. Я же чувствовала себя нереальной… и слегка потрясенной.

Прижимаясь щекой к груди Джейми, я видела в распахнутом вороте его рубашки уже не такую пылающую кожу и жесткие кудрявые волоски настолько глубокого рыжего цвета, что в тусклом утреннем свете они казались почти черными. В ямке на его горле бился пульс, в дюйме от моей руки. Мне нестерпимо хотелось коснуться ее пальцами, ощутить, как его сердцебиение отдается эхом в моей крови, но я странно стеснялась, как будто даже сама мысль была слишком интимной. Ужасно нелепо, учитывая, что мы только что вытворяли.

Я все-таки сдвинула указательный палец, совсем чуть-чуть, и коснулась крошечного шрама в форме трехконечной звезды, бледного узелка на бронзовой коже.

Джейми на миг задержал дыхание, однако не пошевелился, обнимая меня за талию. Вдох, выдох, вдох… а потом нежно притронулся к моей спине.

Мы лежали молча, едва дыша, и оба раздумывали о хрупком подтверждении нашей связи. Мы даже не шевелились, смущенные своим недавним поступком.

Снаружи донеслись голоса; я тут же подскочила, набросила на плечи нижнюю рубашку и принялась вычесывать из волос кусочки сена. Джейми перекатился на колени, спиной ко мне, и тоже стал торопливо поправлять одежду.

Голоса стихли, и мы замерли. Через несколько мгновений напряженной тишины раздались удаляющиеся шаги. Я наконец выдохнула, ощущая, как успокаивается колотящееся сердце. Теперь конюшню заполнили шорохи и ржание лошадей, которые тоже расслышали голоса и шаги. Животные уже успели проголодаться.

— Так ты выиграл, — сказала я Джейми в спину. Собственный голос показался мне странным, как будто я давным-давно не говорила.

— Обещал ведь, — мягко отозвался Джейми.

Я встала, чувствуя легкое головокружение, и прислонилась к стене, чтобы отряхнуть песок и сено. Шершавые кирпичи тут же оживили в сознании яркие картины.

— Ты в порядке, саксоночка? — Джейми резко вскинул голову.

— Да. Да, — повторила я. — В порядке. Просто… в порядке. А ты?

Джейми был бледным и взъерошенным. На ввалившихся щеках выступила щетина, под глазами темнели круги от долгой и бессонной ночи. Он боялся встретиться со мной взглядом.

— Я… — начал он и шумно сглотнул.

Его косичка давно расплелась; упавшие на плечи пряди переливались медным цветом.

— Ты ненавидишь меня? — вдруг спросил Джейми.

Я, захваченная врасплох, рассмеялась.

— Нет. А должна?

— Может быть. Но я рад, что это не так.

Он мягко сжал мои ладони, погладил большим пальцем ободок серебряного кольца.

— С чего ты вообще взял, что я тебя возненавижу? Из-за колец?

Да уж, я расстроилась и ужасно на него разозлилась, но ведь он их вернул. Конечно, Джейми заставил меня всю ночь волноваться о том, где он пропадает и что делает, не говоря уже о том, как он прокрался в комнату и приставал к моим ногам. Может, мне и стоит на него сердиться.

— Ну, начиная с них, да. Я позволил гордости взять надо мной верх, просто не мог стерпеть, когда это ничтожество, Филип Уайли, все крутился вокруг, пялился на твою грудь…