Книга Огненный крест, страница 308 – Диана Гэблдон

— Да, навоз. — Я снова втянула воздух носом. — И ромовый пунш… И что-то жуткое, вроде застарелого пота, и…

— Вареная репа, — сказал он еще более покорно. — Так, саксоночка, о рабыне, про которую я говорил. Ее зовут Бетти.

Джейми взял меня под руку и, низко поклонившись толпе наблюдателей — они, черт возьми, разразились аплодисментами! — повел меня к дому.

— Было бы хорошо, если бы ты от нее добилась чего-нибудь вменяемого, — проговорил Джейми, глянув на солнце в зените, зависшее над ивами, что росли вдоль реки. — Но уже нет времени. Лучше сперва сходи поговори с моей тетушкой, раз уж в четыре свадьба.

Я снова глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Хорошо. Я пойду к Иокасте, а потом осмотрю Бетти. А что касается Филипа Уайли…

— Что касается Филипа Уайли, — перебил меня Джейми, — хватит о нем, саксоночка. — В его глазах читалось некое намерение. — Я об этом позабочусь.

Джейми остался в малой гостиной, а я поднялась по лестнице и прошла по коридору к комнате Иокасты, рассеянно кивая друзьям и знакомым, которых встречала по пути. Я была расстроена и раздражена — и в то же время невольно усмехалась. Я не уделяла столько времени размышлениям о пенисах с шестнадцати лет, и вот она я — вся в раздумьях о мужских половых органах.

Оказавшись в коридоре одна, я открыла веер и задумчиво всмотрелась в крошечное круглое зеркальце, которое служило озером в нарисованном на нем пейзаже. Предназначалось оно скорее для флирта, чем прихорашивания, и я увидела в нем лишь кусочек своего лица — глаз и насмешливо выгнутая бровь.

Глаз, надо признать, был красивым. Его, конечно, обрамляли морщинки, но он имел неплохой разрез, изящные веки и длинные ресницы, чей черный цвет подчеркивал глубину зрачка и контрастировал с золотисто-янтарной радужкой.

Я сдвинула веер, чтобы увидеть рот. Полные губы — куда более полные, чем обычно, не говоря уже о насыщенном розовом цвете, — выглядели так, словно их кто-то грубо целовал. А еще так, будто им это было приятно.

— Хм! — хмыкнула я и закрыла веер.

Кровь уже не кипела, поэтому я могла признать, что Джейми, возможно, прав касательно целей Филипа Уайли по отношению ко мне. А возможно, и не прав. Однако, независимо от тайных мотивов этого молодого человека, я получила неопровержимое доказательство, что он считает меня физически привлекательной, гожусь я ему в бабки или нет. Правда, Джейми об этом лучше не говорить. Филип Уайли, конечно, очень навязчив, но я все-таки не хотела, чтобы его выпотрошили прямо на лужайке.

Тем не менее зрелость неким образом влияла на приоритеты человека. Несмотря на личную заинтересованность в вышеупомянутых мужских органах, находящихся в возбужденном состоянии, в данный момент меня больше занимал как раз вялый. Даже руки чесались — так хотелось взяться за причинное место Дункана Иннеса. Хотя бы фигурально.

Мало какая травма, кроме прямой кастрации, может вызвать физическую импотенцию. Хирургия, конечно, в этом времени примитивна; вполне вероятно, что врач, который занялся травмой Дункана — если ею вообще кто-то занимался, — попросту удалил оба яичка. Тогда почему Дункан об этом не сказал?

Впрочем, он не стал бы о таком упоминать. Дункан был крайне застенчивым и скромным, а ведь даже более раскованный человек подумает дважды, прежде чем доверить такую тайну даже близкому другу. Однако скрывать такое в тюрьме?.. Я забарабанила пальцами по инкрустированному деревянному столику у двери в комнату Иокасты.