Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 360 – Диана Гэблдон

Жермен не отправился в кровать с Джемом, Мэнди и сестрами; свернувшись калачиком возле мамы и положив голову ей на колени, он крепко спал, а Марсали ласково гладила его спутанные светлые кудри. Лицо ее светилось такой нежностью, что у Бри кольнуло в сердце.

Она машинально прижала руку к груди: нет, все в порядке. Спокойное, размеренное ТУК-тук, ТУК-тук звучало почти убаюкивающе. Но тут из колыбели рядом с Фергусом раздался пронзительный плач, и сон как рукой сняло. Повинуясь безотчетному материнскому инстинкту, Брианна резко выпрямилась.

— Стоит одному заплакать, как другой мигом подхватывает, — вздохнула Марсали, расслабляя шнуровку корсета. — Бри, не подержишь мой бокал?

Тонкое стекло еще хранило тепло от очага и руки Марсали; Брианна с легкой завистью наблюдала, как Фергус передает жене пищащий комочек и ныряет в колыбельку за вторым.

— Этот мокрый, — заявил он, держа кроху на вытянутых руках.

— Я его переодену. — Поставив вино, Бри взяла малыша у Фергуса, который с готовностью передал ей сына и вновь уселся за стол, с бокалом в руке и счастливой улыбкой на лице.

На полке лежали чистые пеленки и маленькая жестяная баночка с мазью, пахнущей лавандой, ромашкой и овсяным толокном. Бри улыбнулась, сразу распознав мамину версию крема от опрелостей.

— И кто тут у нас? — Она отогнула кончик одеяла, под которым обнаружилось маленькое круглое личико сонного младенца с темно-русым пушком на макушке.

— Шарль-Клэр, — сказал Фергус и кивнул на сверток в руках жены. — А у Марсали — Александр.

— Привет, малыш! — проворковала Бри. Младенец сосредоточенно зачмокал губами и начал извиваться, пытаясь выбраться из пеленок. — Comment ça va?^[177]

— Уаааа!

— Говоришь, не очень? Что ж, попробуем все наладить…

* * *

Несмотря на дикую усталость, никто не хотел расходиться. Брианна чувствовала, как сон медленно ползет вверх от гудящих ступней к ноющим икрам и коленям, словно укутывая ее теплым одеялом. Наконец, обсудив текущее положение дел в Ридже, а также здоровье всех членов семьи и домашних питомцев, гости поведали о цели своего визита в Чарльстон.

— В основном мы здесь из-за Жермена, — сказал Роджер, с улыбкой переводя взгляд со спящего мальчика на Марсали. — Мы просто не могли не приехать — тем более после твоего письма! Кстати, кхм… — он покосился на Брианну, — Джейми вроде должен был прислать вам записку?

Марсали вопросительно посмотрела на Фергуса, но тот лишь махнул рукой — мол, ничего существенного. Прочистив горло, Роджер продолжил:

— К тому же мы все равно проезжали мимо.

— Направляясь куда? — поинтересовался Фергус. Он лениво развалился на стуле, полуприкрыв глаза: из очага валил дым от сырых дров. Брианна впервые видела его таким спокойным и расслабленным.

— В Саванну, — ответил Роджер с оттенком гордости, и на душе у Брианны стало тепло, как от печки. — Бри получила заказ: написать портрет жены одного богатого негоцианта по фамилии Брамби.

Одна из бровей Фергуса слегка дернулась.

— Поздравляю, ma soeur!^[178] В Саванну, говоришь… Это, часом, не месье Альфред Брамби?

— Он самый, — удивилась Брианна. — Ты с ним знаком? Или что-нибудь о нем знаешь?

— Постоянно вижу его имя в порту: на всех бочках и ящиках, следующих из Саванны в Филадельфию и Бостон. Он возит патоку из Вест-Индии, поэтому денег у него куры не клюют. Так что можешь назначать любую цену — Брамби заплатит не глядя.