Книга Написано кровью моего сердца, страница 30 – Диана Гэблдон

Какое-то время все молчали, в комнате царило умиротворение. В душной атмосфере ощущалось то самое чувство товарищества, которое — пусть даже на время — связывает людей, прошедших через тяжкое испытание. Однако постепенно я осознала, что в распахнутое окно с воздухом несутся странные уличные шумы: непривычно громкие крики и грохот колес. А еще далекий гром барабанов.

Миссис Фигг тоже это заметила и с любопытством повернула голову, тряхнув ленточками чепца.

— Господи Иисусе, помилуй нас! — сказала она, отставляя пустой стакан. — Что-то нехорошее грядет.

Дженни удивленно подняла бровь и с опаской повернулась ко мне.

— Нехорошее? — уточнила она.

— Как полагаю, речь о Континентальной армии, — заговорил Пардлоу. Он глубоко вдохнул и откинул голову на спинку кресла. — Господи… До чего же славно просто дышать.

Дыхание у него до сих пор было учащенным, но уже не поверхностным. Он поднял бокал, отсалютовав мне.

— Благодарю вас, моя… дорогая. Кажется, я и так был перед вами в долгу… из-за моего сына, а теперь…

— Что значит Континентальная армия? — перебила я. Свой стакан, тоже опустевший, поставила на стол. Сердце, унявшееся было за последние минуты, опять зачастило.

Пардлоу прикрыл один глаз, а другим посмотрел на меня.

— Американцы, — негромко пояснил он. — Повстанцы. Что еще… это может значить?

— Хотите сказать, они скоро будут здесь? — осторожно спросила я.

— Ничего я не хочу сказать, — уточнил он и кивнул на миссис Фигг. — Это она говорит… Впрочем, все чистая правда. Люди генерала Клинтона… покинули Филадельфию. Думаю, Вашингтон… готов занять город.

Дженни раздраженно выдохнула, а миссис Фигг грязно выругалась на французском, правда, тут же зажала рот пухлой ладонью.

— О, — только и сказала я невыразительно.

На сегодняшней встрече с Клинтоном я была совсем сбита с толку и потому не подумала, к чему может привести уход британской армии.

Миссис Фигг решительно встала.

— Пойду спрячу столовое серебро. Леди Грей, оно будет закопано под ракитовым кустом у летней кухни.

— Погодите! — Я вскинула руку. — Не думаю, что стоит так торопить события, миссис Фигг. Англичане еще не ушли из города, и американцы нас пока не осадили. А вилки нам пригодятся к ужину.

Та недовольно хмыкнула, но все-таки кивнула и стала собирать стаканы из-под бренди.

— Что тогда приготовить? У меня есть холодный окорок, но я подумывала сделать куриное фрикасе. Уильяму оно нравится. — Она бросила мрачный взгляд в сторону гостиной, где на обоях бурели кровавые пятна. — Как думаете, к вечеру он вернется?

Вообще-то Уильям жил в казармах, но частенько проводил ночь в особняке — особенно если миссис Фигг готовила куриное фрикасе.

— Бог его знает, — ответила я.

Подумать об Уильяме времени у меня тоже не было. Может, он и вернется, когда остынет, чтобы поговорить с Джоном. Я много раз видела, как бесятся Фрэзеры, они редко таят в себе зло. Обычно предпочитают сразу рубить сплеча. Я украдкой взглянула на Дженни. В ответ та посмотрела на меня, словно бы невзначай положив локоть на стол и задумчиво прижав палец к губам. Я улыбнулась ей краешком рта.

— И где же мой племянник? — спросил Хэл, сумев наконец сосредоточиться на чем-то помимо следующего вдоха. — И, если уж на то пошло, где мой брат?

— Не знаю, — ответила я, забирая стакан у герцога и ставя его на поднос миссис Фигг. — Правда не знаю, я не вру. Но надеюсь, он скоро вернется.