Книга Написано кровью моего сердца, страница 247 – Диана Гэблдон

— Сейчас выясню, — сказал Грин и направил коня к ферме. — Настоящее пекло. К обеду наши уши точно поджарятся.

Жарко. Они сняли шейные платки и жилеты и ехали в рубахах, перекинув мундиры через луку седла. Однако тонкая ткань рубах все равно липла к спине, и пот катился по бокам и лицу. К счастью, вода в колодце еще была — она еле заметно мерцала внизу, а брошенный камень упал с отчетливым всплеском.

— Признаюсь, генерал, я удивлен тем, что вам требуется совет насчет женитьбы, — напившись и вылив на голову полное ведро воды, проговорил Грин. Отерев воду с лица и встряхнувшись, слово пес, он передал ведро Джейми, который принял его с благодарным кивком. — Я считал ваш брак исключительно удачным.

Крякнув, Джейми вытянул полное ведро свежей воды — делать это приходилось вручную: ворот прогнил.

— Да я не о своем браке забочусь, — ответил он. — Знаете молодого разведчика по имени Йен Мюррей? Он мой племянник.

— Мюррей… Мюррей… — Взгляд Грина стал отсутствующим, но вскоре в его глазах мелькнуло узнавание. — Вспомнил, чтоб его! Ваш племянник, значит? Я думал, он индеец. Выиграл у меня гинею. Моей жене это вряд ли понравится. Хотя ей и без того ничего не нравится, — добавил он со вздохом. Определенно, то письмо было от нее.

— Я могу убедить Йена вернуть вам деньги, если вы поможете ему вступить в брак, — стараясь не улыбаться, сказал Джейми. Он поднял ведро над головой и опрокинул на себя, наслаждаясь прохладой. Глубоко и радостно вздохнул, ощущая запах илистых камней со дна колодца, и встряхнулся. — Он хочет жениться на девушке из квакеров. Я слышал, как вы сказали миссис Хардман, что были Другом. Подумал, вдруг вы мне расскажете, что может понадобиться для вступления в брак?

Узнав, что Джейми — дядя Йена, Грин удивился, но после его последних слов он буквально онемел от изумления. Какое-то время он стоял, шевеля губами, будто подыскивая подходящее слово.

— Видите ли… — начал было он, но снова умолк и задумался.

Джейми терпеливо ждал. Грин был известен как человек, имеющий твердое мнение, но он никогда не торопился его высказывать. Неужели вопрос такой сложный? Или же обычаи квакеров гораздо страннее, чем кажется?

— Видите ли, генерал, я должен сказать, что больше не считаю себя Другом, хотя довольно высоко поднялся в этой секте, — произнес Грин со вздохом. Пожав плечами, он пронзительно глянул на Джейми. — Я ушел от них, потому что мне не нравится их узколобый фанатизм. Если ваш племянник собирается стать квакером, я посоветовал бы вам отговорить его от этого.

— Частично проблема заключается в том, что он не собирается становиться квакером. Мудрое решение — он совсем не годится в квакеры.

Грин слегка расслабился и даже улыбнулся, пусть и криво.

— Это хорошо. А он не возражает, что его жена останется квакером?

— У него хватает здравого смысла не настаивать на ее отречении.

Грин рассмеялся.

— Что ж, быть может, у него не возникнет проблем в браке.

— Я не сомневаюсь, что он станет прекрасным мужем для этой девушки. Сложность в том, чтобы заключить этот брак.

— Ах да. — Грин огляделся, вытер мокрое лицо мятым платком и сказал: — Это и в самом деле может оказаться очень трудно, если девушка… Мне нужно это обдумать, а пока давайте поговорим о другом. Колодец в порядке, но тут нельзя хранить порох — крыша почти не сохранилась, а здесь, говорят, нередки грозы.