Книга Эхо прошлого, страница 78 – Диана Гэблдон

— Неужели вы с Джемми не испугались, что он будет вам являться?

— Не, мы прочитали молитву за упокой его души, когда я закрыл вход в пещеру и посыпал вокруг солью.

Я не удержалась от улыбки.

— А ты знаешь молитвы на все случаи жизни, да?

Он едва заметно усмехнулся и потер горящим факелом о сырой гравий, чтобы погасить огонь. Слабый луч света освещал макушку Джейми сверху.

— Всегда есть подходящая молитва, a nighean, даже если это всего лишь «A Dhia, cuidich mi».

Господи, помоги мне.

Не все золото схоронили с Испанцем. У двух моих нижних юбок по краю подола появился дополнительный подгиб с маленькими кармашками, в которые равномерно распределили золотую стружку, а еще несколько унций золота я вшила в шов на дне большого кармана. Джейми с Йеном тоже спрятали немного золота в спорраны; кроме того, они оба собирались повесить на пояс по два увесистых мешочка с пулями. Втроем мы удалились на поляну Нового дома, чтобы без посторонних глаз отлить эти самые пули.

— Надеюсь, ты не забудешь, откуда заряжать, а? — Джейми вытряхнул из формы в горшок с жиром и сажей новенькую ружейную пулю, сияющую, словно крошечное солнце.

— Не-а, если только ты по ошибке не возьмешь мою дробницу, — ехидно ответил Йен.

Он занимался свинцовой дробью и высыпал свежие горячие шарики в устланную мокрыми листьями ямку, где они дымились и шипели в прохладе весеннего вечера.

Струйка дыма попала в нос Ролло, который лежал неподалеку, и пес чихнул, а потом раскатисто фыркнул.

— Интересно, понравится ли тебе гонять оленей по вереску, псина? — спросил Йен. — Только держись подальше от овец, а не то тебя примут за волка и подстрелят.

Ролло вздохнул, и его глаза превратились в сонные щелочки.

— Ты думаешь о том, что скажешь матери, когда ее увидишь? — спросил Джейми, держа над костром ковшик с золотой стружкой и щурясь от дыма.

— Стараюсь не думать слишком много, — честно сказал Йен. — Когда я думаю о Лаллиброхе, у меня странно ноет нутро.

— По-хорошему странно или по-плохому? — поинтересовалась я, осторожно вытаскивая из жира деревянной ложкой остывшие золотые шарики и опуская их в мешочки для пуль.

Йен нахмурил лоб и уставился на свой ковшик, в котором помятые свинцовые пули начали таять, превращаясь в дрожащую лужицу расплавленного металла.

— Думаю, и так, и эдак. Брианна как-то говорила мне, что читала в школе книгу, где говорилось, что домой возврата нет. Наверное, так оно и есть… но я бы хотел вернуться, — тихо добавил он, не сводя глаз с ковшика. Расплавленный свинец с шипением полился в форму.

Я отвела взгляд от его опечаленного лица и увидела, что Джейми смотрит на меня с ласковым сочувствием. Я отвернулась от него и встала, ойкнув, когда у меня хрустнул коленный сустав.

— Что ж, — бодро произнесла я, — полагаю, все зависит от того, что ты считаешь домом, так? Знаешь, это ведь не только место.

— Да, верно. — Йен подержал формочку для пуль на весу, давая остыть. — Но даже если это человек, ты же не всегда можешь туда вернуться, да? Или можешь? — Его губы чуть скривились в насмешливой улыбке, когда он посмотрел на Джейми, а потом на меня.

— Полагаю, твои родители не слишком изменились с тех пор, как ты их оставил, — сухо заметил Джейми, сделав вид, что не заметил намек Йена. — А вот ты их удивишь, даже не сомневаюсь.