Книга Эхо прошлого, страница 436 – Диана Гэблдон

Я подозрительно глянула на него, однако на издевку это не походило. Он снова улыбнулся, и я подумала, что он из тех редких мужчин, кому, как и Джейми, женщины нравились не только по известной причине.

— Что ж, мы вполне можем помочь друг другу. — Я улыбнулась в ответ. — Я не стану ничего выведывать, я дам вам лекарство для друга, но мне хотелось бы и впредь торговать с вами… У вас есть еще опий?

Улыбка гостя чуть потускнела, во взгляде проявилась настороженность. Глаза у него были необычные: такой светло-серый оттенок часто называют бесцветным.

— Да, у меня его довольно много, — медленно произнес офицер. — Вам он нужен… постоянно?

Я поняла, что он принял меня за наркоманку, это иной раз случалось с теми, кто имел доступ к опию.

— Я его не употребляю, — спокойно ответила я. — И использую с большой осторожностью. Ко мне приходят люди, и иногда важнее всего дать им освобождение от боли, раз уж я не могу их вылечить.

Он удивленно поднял брови.

— Поразительно. Большинство людей вашей профессии обещают излечить почти каждого.

— Как там звучит пословица?.. «Кабы сивому коню черную гриву, был бы буланый»? — Я невесело улыбнулась. — Все хотят выздороветь, но нет такого врача, который может вылечить всех. Врачу многое неподвластно, и, хотя ты не говоришь об этом пациенту, ты знаешь свой предел.

— Вы так думаете? — Наклонив голову, он с любопытством разглядывал меня. — Вам не кажется, что a priori^[108] допускать, будто подобные пределы существуют — не только в медицинской сфере, но и в остальных, — это означает устанавливать их? То есть может выйти так, что это знание не даст кому-либо приложить все имеющиеся у него силы для достижения цели. Мол, раз невозможно, зачем тогда стремиться к этому?

Прищурившись, я с удивлением взглянула на него.

— Пожалуй. Если смотреть с этой точки зрения, то я соглашусь с вами. — Я махнула рукой в сторону выхода из палатки, имея в виду располагающуюся вокруг армию. — В конце концов, если бы я… если бы мы не верили, что кто-то может чего-то достичь, невзирая ни на что, разве мой муж и я были бы здесь?

Гость рассмеялся.

— Браво, мадам! Да, непредвзятый наблюдатель назвал бы эту затею чистым безумием. И был бы прав. — Он печально кивнул. — Однако им придется победить нас. Мы не сдадимся.

Снаружи донеслись голоса, и в палатку вошел Джейми.

— Саксоночка, не могла бы ты… — Он замолчал, увидев моего посетителя, слега напрягся и с поклоном сказал: — Сэр.

Я удивленно посмотрела на сидящего рядом мужчину — судя по поведению Джейми, этот офицер превосходил его рангом, а я-то сочла его капитаном или майором.

Мужчина благосклонно кивнул.

— Полковник. Мы с вашей женой обсуждали философскую подоплеку стремлений. А что, на ваш взгляд, лучше — мудро сознавать свой предел или отважно отрицать его? К какому типу людей вы себя относите?

Джейми озадаченно посмотрел на меня, я слабо пожала плечом, и он опять перевел взгляд на гостя.

— Предел возможностей человека должен быть превзойден, иначе для чего нужны небеса?

Офицер уставился на Джейми, открыв рот, затем рассмеялся и хлопнул себя по колену.

— Вы и ваша жена — одного поля ягоды! Впрочем, и я с вашего поля. Прекрасное изречение, где вы его слышали?

Джейми не раз слышал его от меня, но он лишь улыбнулся и пожал плечами.