Книга Эхо прошлого, страница 279 – Диана Гэблдон

В ответ капитан издал высокий звук «и-и-и-и-и», но это был не смех. Я отрезала перо немного выше иглы, но от удара иглу засосало. Я запаниковала, пытаясь ногтями вытащить ее, и наконец мне это удалось. Затхло пахнущая кровь вместе с жидкостью брызнули через полое перо, затем напор уменьшился и послышалось слабое шипение воздуха.

— Дышите медленно, — проговорила я более спокойно. — Оба.

Я с тревогой смотрела на перо, ожидая дальнейшего оттока крови. Если у Стеббингса сильное легочное кровотечение, то я практически ничем не смогу помочь. Но пока я заметила только небольшое подтекание: красную слизь на наружном конце пера.

— Сядь, — сказала я Джейми, который сел, скрестив ноги, на полу рядом со мной.

Стеббингс стал выглядеть лучше: легкое, по крайней мере, частично расправилось, и теперь он был просто белым, а губы его, хоть и бледные, уже слегка порозовели. Шипение из пера замерло на вздохе, и я положила палец на открытый конец трубочки.

— В идеале, — произнесла я светским тоном, — я бы провела длинную трубку от вашей груди в банку с водой. Таким образом, воздух, скапливающийся вокруг легких, выходил бы, но не смог бы вернуться. Но пока у меня не будет чего-нибудь вроде трубки длиной в несколько дюймов, ничего не получится.

Привстав на коленях, я жестом подала знак Джейми.

— Иди сюда и положи палец на кончик пера. Если он снова начнет задыхаться, убери палец на секунду, пока оттуда не перестанет с шипением выходить воздух.

Джейми было неудобно тянуться к Стеббингсу левой рукой, и, косясь на меня, он осторожно вытянул правую и заткнул перо большим пальцем.

Кряхтя, я поднялась на ноги и опять отправилась обшаривать груз. Там должен быть деготь. Я прилепила промасленный лоскут к груди капитана теплым дегтем, и осталось еще довольно много. Не самый подходящий вариант, и сейчас слишком мало времени, чтобы возиться с дегтем. Может, лучше использовать клочок мокрой ткани?

В одном из сундуков Ханны Арнольд я нашла сокровище: небольшую коллекцию сушеных растений в стеклянных банках, в одной из которых был порошкообразный гуммиарабик. Сами растения тоже меня заинтересовали, поскольку их явно импортировали: хинная кора (надо попробовать отправить ее в Северную Каролину для Лиззи, если мы когда-нибудь выберемся с этой жуткой посудины), мандрагора и имбирь, — то, что никогда не произрастало в колониях. Я ощутила себя внезапно разбогатевшей. Стеббингс застонал позади меня, и послышалось шуршание ткани и тихое шипение, когда Джейми ненадолго убрал свой палец.

Но даже все богатства сказочного Востока не помогут Стеббингсу. Я открыла баночку гуммиарабика и, зачерпнув немного в ладонь и смочив водой, стала мять, придавая липкому шарику форму неровной цилиндрической затычки, которую я завернула в обрывок желтого ситца с рисунком в виде пчелок и завязала наверху аккуратный узелок. К счастью, все получилось. Я вернулась, без лишних слов вытащила из отверстия полое перо — на нем уже появились трещинки из-за сокращений реберных мышц Стеббингса, — и вкрутила на его место более крупную по размеру полую куриную кость.

В этот раз он уже не смеялся. Я аккуратно заткнула конец кости и, опустившись на колени перед Джейми, продолжила зашивать рану у его ключицы.

Голова у меня была ясная, но все постепенно теряло реальность, и это было признаком полного изнеможения. Я сделала все, что должна была, но знала, что долго на ногах не продержусь.