Книга Эхо прошлого, страница 178 – Диана Гэблдон

Лаллиброх, Октябрь, 1980

Брианна встала рано, задолго до того, как проснулись дети, хотя и знала, что это глупо: с какой бы целью Роджер ни уехал в Оксфорд, добираться туда он будет часа четыре или пять и столько же потратит на обратный путь. Даже если Роджер выехал на рассвете — что вряд ли, так он не успеет сделать то, ради чего туда отправился, — то раньше полудня домой не вернется. Но Брианна спала очень беспокойно: ей снился монотонный и безысходно неприятный сон, в котором она видела прилив, слышала его рокот, волна за волной, волна за волной… Бри проснулась с первым лучом солнца, чувствуя, что ее подташнивает и у нее кружится голова.

На какую-то кошмарную долю секунды ей пришло в голову, что, возможно, она забеременела, но стоило сесть в кровати, как все сразу пришло в норму. Ни намека на то ужасное ощущение, которое Бри всегда испытывала на раннем сроке беременности, — словно попадаешь в зазеркалье. Бри осторожно поставила на пол одну ногу, и мир — и желудок тоже! — не дрогнули. Что ж, прекрасно.

Тем не менее чувство смутной тревоги не покидало ее все утро — то ли из-за неприятного сна, то ли из-за того, что Роджер уехал, то ли из-за призрака беременности, — и потому повседневными делами Брианна занималась рассеянно.

Уже ближе к полудню она разбирала носки, когда вдруг поняла, что стало слишком тихо. Настолько тихо, что на затылке зашевелились волосы.

— Джем! — позвала она. — Мэнди!

Абсолютная тишина. Брианна вышла из прачечной, надеясь услышать наверху привычные вопли, стук и бряцанье, но оттуда не доносилось ни топота маленьких ножек, ни грохота опрокинутых кубиков, ни пронзительных криков — непременного сопровождения братско-сестринских войн.

— Джем! — крикнула Бри. — Ты где?

Молчание в ответ. В последний раз нечто в этом роде случилось пару дней назад, когда она обнаружила на дне ванны свой будильник, аккуратно разобранный на составные части, а оба ребенка с неестественно невинным видом играли в дальнем углу сада.

— Я этого не делал, — благонравно сообщил Джем, когда его приволокли в дом и предъявили улики. — А Мэнди слишком маленькая!

— Исем аинькая, — согласилась Мэнди, так яростно кивая копной черных кудрей, что они закрывали ее мордашку.

— Не думаю, что это сделал папа, — сказала Бри, строго поднимая бровь. — И я уверена, Энни Мак тоже ни при чем. Как видишь, осталось не слишком много подозреваемых.

— Падазиваемых, падазиваемых, — радостно повторила Мэнди, завороженная новым словом.

Джем сокрушенно покачал головой, глядя на рассыпанные шестеренки и отломанные стрелки.

— Наверное, у нас завелись пискис^[53], мама.

— Писькись, писькись, — защебетала Мэнди, задирая юбочку выше головы и стягивая отделанные рюшами трусики. — Надо идти писькись, мама!

В разгар возникших после этого заявления неотложных дел Джем мастерски исчез и не показывался до самого ужина, а к этому времени «дело о будильнике» забылось за обычным бурным течением повседневных событий. О нем вспомнили, только когда уже ложились спать и Роджер обнаружил, что будильника нет.

— Джем обычно никогда не врет, — задумчиво сказал Роджер, глядя на маленькую керамическую чашку, где лежали останки часов.

Брианна, которая расчесывала перед сном волосы, бросила на мужа скептический взгляд.