Книга Эхо прошлого, страница 162 – Диана Гэблдон

— Недолго думала, а? — бросил он небрежно и, шагнув назад, с интересом окинул меня взглядом.

— Прости, — сказала я, чувствуя себя одновременно униженной и злой. Я не понимала причину своей злости и оттого злилась еще сильнее. — Я не хотела. Мне очень жаль…

Он склонил голову набок, разглядывая меня.

— Может, мне пойти и убить его?

— Ой, не говори глупости!

Я суетливо принялась развязывать карман, не желая встречаться с Джейми взглядом. Чувствовала себя взвинченной, растерянной, раздосадованной, а хуже всего было то, что я не понимала причину этих эмоций.

— Я задал тебе честный вопрос, саксоночка, — тихо произнес он. — Не слишком серьезный, но честный. Думаю, что ты должна дать такой же честный ответ.

— Конечно, я не хочу, чтобы ты его убивал!

— Хочешь, я скажу, почему ты меня ударила?

— Почему… — На миг я застыла с открытым ртом, потом закрыла его. — Давай, говори.

— Я коснулся тебя против твоей воли, — сказал он, не сводя с меня глаз. — Так ведь?

— Да. — Мне стало легче дышать. — Так же, как и Том Кристи. И да, мне это не понравилось.

— И дело не в том, что Кристи жив, — закончил он мою мысль. — Бедолага.

— Он бы не желал твоего сочувствия, — ехидно заметила я, а Джейми улыбнулся.

— Конечно. Тем не менее я ему сочувствую. Однако я рад, — добавил он.

— Чему рад? Что он жив? Уж точно не его заявлению, что он меня любит. Или я ошибаюсь? — недоверчиво произнесла я.

— Не умаляй его чувств, саксоночка, — еще тише сказал Джейми. — Однажды он уже отдал за тебя свою жизнь. И отдаст еще раз, если понадобится.

— А я и в первый раз этого не хотела!

— Тебя это беспокоит, — заметил он с чисто клиническим интересом.

— Да, чертовски беспокоит! — рявкнула я. — И… — Меня вдруг осенило, и я пристально посмотрела на Джейми: — Тебя тоже, да?

Я вдруг вспомнила, как Джейми сказал, что встретил Тома Кристи на улице. Что ему сказал Том?

Джейми наклонил голову, словно сомневался, но отрицать не стал.

— Не скажу, что мне нравится Том Кристи, — взвешенно сказал он, — но я его уважаю. И очень рад, что он жив. Не было ничего плохого в том, что ты его оплакивала, саксоночка, — мягко произнес он. — Я тоже скорбел.

— Я даже и не подумала об этом. — Я была настолько потрясена встречей с Томом, что совершенно забыла, как оплакивала его и его детей. — И я не жалею, что горевала.

— Хорошо. Беда Тома в том, что он хочет тебя, — продолжил Джейми. — Очень сильно. Но он ничего о тебе не знает.

— А ты знаешь, — полувопросительно и с некоторым вызовом сказала я.

Джейми улыбнулся. Повернувшись, он запер дверь на задвижку, затем прошел через комнату к единственному окошку и задернул ситцевую занавеску, погрузив комнату в приятный голубоватый полумрак.

— О, я тебя тоже очень хочу, и ты мне нужна… но у меня есть и знание. — Он стоял так близко, что мне пришлось поднять голову, чтобы видеть его лицо. — Я никогда не целовал тебя, не зная, кто ты… а бедняга Том этого никогда не узнает.

Господи, что Том ему наговорил?

Мой пульс, который до этого то ускорялся, то замедлялся, превратился в быстрые легкие удары, отдающиеся в кончики пальцев.

— Ты ничего не знал обо мне, когда мы поженились.

Его ладонь легонько стиснула мой зад.

— Да?

— Я имею в виду, помимо этого!

Джейми издал какое-то шотландское восклицание, тихий гортанный звук, почти смех.