Книга Дыхание снега и пепла, страница 762 – Диана Гэблдон

— Сколько вам было лет? — в ужасе спросила я.

— Десять. Мальве только исполнилось два. Она не понимала, что происходит, и звала маму. А маму передали в руки палача. Мальва рвалась к ней и кричала. Я хотел закрыть ей глаза, но мне не позволили. Заставили ее смотреть. А тетя Дарла шептала ей на ухо, что такая участь ждет каждую ведьму, и щипала за ногу, пока малышка Мальва не расплакалась. После казни мы прожили у тети шесть лет. Ей не очень хотелось брать нас к себе в дом, но она сказала, что таков ее христианский долг. Старая карга почти не кормила нас, я сам заботился о Мальве.

Алан умолк. Я тоже. Все, что я могла для него сделать, — дать шанс выговориться. Он выдернул руку из моей и склонился к гранитному камню, на котором кто-то вырезал «МАЛЬВА» неуклюжими заглавными буквами. Это напомнило мне подобные бесчисленные камни на поле Каллодена.

— Лучше ее никого не было, — прошептал Алан, поглаживая камень. — Лоно у нее было как цветок, а кожа такая нежная…

Я похолодела. Неужели они… Господи боже. Меня охватило безысходное отчаяние.

— Она была моей. — Алан вскинул на меня взгляд. — Слышите? Моей!

Он опустил глаза и уставился в землю, рот беспомощно кривился от горя и ярости.

— Старик и представить не мог, что мы значили друг для друга.

Так ли уж и не мог, подумалось мне. Том Кристи признался в преступлении, чтобы спасти ту, кого любил, но ведь он любил и других. Потеряв дочь, то есть племянницу, он бы сделал все, чтобы спасти сына — последнего, в чьих жилах течет его кровь.

— Это ты ее убил, — тихо сказала я.

— Он бы отдал ее какому-нибудь тупому фермеру. — Алан стиснул кулаки. — Я с ума сходил при одной только мысли об этом. Бывало, лежу рядом с ней и, как только подумаю, что она не моя… Такое зло брало. Даже бил ее за это, бывало. Она не виновата, понятно, но я не мог с собой совладать. Я застукал ее с тем солдатом. А потом еще с тем гаденышем, с Хендерсоном. Избил ее, а что толку. Она кричала, что ждет ребенка.

— Ребенок был от тебя?

Он кивнул.

— Мне и в голову не приходило, что у нее может быть ребенок. А следовало подумать, конечно. Моя крошка Мальва!.. Конечно, грудь у нее выросла, и волосы там… Как же я так… Она сказала, ей надо замуж и надо, чтобы муж думал, что ребенок от него. Если солдат не женится, нужен другой. Вот она и ложилась со всеми подряд. Я велел ей прекратить. Пообещал что-нибудь придумать.

— И подговорил ее свалить вину на Джейми? — Меня раздирали ужас, злость и горе. Бедная Мальва, почему ты мне не рассказала? Ну да, она верила только Алану.

Он кивнул и дотронулся до камня. Порыв ветра разворошил листья букета.

— Я подумал, хозяин даст ей денег, чтоб уехала, а я поеду с ней. В Канаду или даже в Индию. — Он говорил нараспев, словно грезил вслух о счастливой несбыточной жизни.

— Так зачем ты ее убил? — воскликнула я. — Как только тебе в голову пришло?

Я вцепилась в передник, чтобы не броситься на него с кулаками.

— Пришлось, — проронил он. — Она сказала, что больше так не может.

Алан часто заморгал, в его глазах стояли слезы.

— Она сказала, что любит вас. И что не может видеть, как вы страдаете. Хотела открыть правду.

Алан закрыл глаза. Его плечи подрагивали, по щекам катились слезы.

— Упрямая ослица! — вскричал он. — Все из-за тебя! Как ты посмела любить кого-то кроме меня?