Книга Дыхание снега и пепла, страница 684 – Диана Гэблдон

— Иди, девочка. — На лице Дункана по-прежнему лежала печать заботы, но ему явно стало легче оттого, что он с кем-то поделился.

Брианна поцеловала его в лоб и спустилась за Джошем. На сердце было неспокойно, причем не только из-за пропавшего золота и бродящих по округе призраков. Генерал Макдональд, говорите… Если он хотел поднять горцев, значит, первым делом должен был отправиться к ее отцу.

Роджер как-то заметил: «Джейми единственный из всех, кого я знаю, кто наловчился ходить по канату, натянутому между тори и вигами, но, если тряхнет, ему придется прыгнуть повыше».

Выходит, в Мекленбурге уже тряхнуло. А причиной всему — генерал Макдональд.

Нил Форбс счел разумным ненадолго сменить обстановку и отправился в Эдентон под предлогом, что престарелой матери захотелось повидаться с еще более престарелой сестрой. Поездка пришлась Нилу по душе, несмотря на то что мать все время жаловалась на пыль, которую поднимала едущая впереди карета.

Нилу вовсе не хотелось терять из виду небольшую ладную повозку с плотно занавешенными окнами, но он был почтительным сыном и на следующей станции вышел переговорить с кучером. Тот кивнул и далее следовал за повозкой мистера Форбса на некотором расстоянии.

— Что ты там все высматриваешь, Нил? — требовательно спросила мать и подняла глаза от любимой гранатовой брошки, которую только что перестегнула повыше. — Смотри, из окна вывалишься.

— Ничего, мама. Просто денек такой хороший. Погода чудесная, правда?

Миссис Форбс фыркнула, но все же водрузила на нос очки и выглянула наружу.

— Небо вроде ясное, — с сомнением протянула она. — Только душновато.

— Ничего, мама, скоро доедем до Эдентона, там прохладнее. У них есть поговорка: морской бриз румянит щеки.

Эдентон

Дом преподобного Макмиллана стоял у воды — благословенье в жаркую погоду. Вечерний бриз уносил прочь и духоту, и дымный чад, и комаров. После ужина мужчины собрались на просторной террасе и с наслаждением курили трубки.

До конца расслабиться Роджеру мешало чувство вины, которое терзало его при мысли о том, что супруга преподобного вместе с тремя дочерями трудятся не покладая рук — моют посуду, убирают со стола, метут полы, варят оставшиеся от ужина кости вместе с чечевицей для завтрашней похлебки, укладывают детей, да и вообще хлопочут в душных комнатах. Дома он бы непременно взял на себя часть работы, иначе заработал бы выволочку от Брианны. Но здесь предложение помощи не вызвало бы ничего, кроме недоумения. Так что он мирно сидел, наслаждаясь прохладным ветерком, наблюдал за лодками, скользившими по воде, прихлебывал из чашки то, что здесь выдавали за кофе, и вел приятную мужскую беседу.

В распределении ролей в восемнадцатом веке были свои преимущества.

Обсуждали новости с юга: губернатор Мартин бежал из Нью-Берна, Форт-Джонстон сожгли. Большинство жителей Эдентона были убежденными приверженцами вигов, а компания подобралась в основном из представителей духовенства — преподобный доктор Маккоркл, его секретарь Уоррен Ли, преподобный Джей Макмиллан, преподобный Патрик Дуган и помимо Роджера еще четверо «соискателей», ожидавших рукоположения. И все же за сердечным тоном беседы слышались политические разногласия.

Сам Роджер говорил немного. Ему не хотелось отвечать неблагодарностью на гостеприимство Макмиллана, вступая в споры. К тому же перед завтрашним обрядом его внутреннему состоянию была более созвучна тишина.