Книга Дыхание снега и пепла, страница 643 – Диана Гэблдон

— Здорово, — повторил шериф с куда меньшим энтузиазмом, одарил меня суровым взглядом, затем перевел его на новоиспеченную мать — та ответила мрачным равнодушием. Потом он жестом велел мне подняться, коротко кивнул и молча препроводил обратно в камеру.

Тут только я вспомнила, в чем меня обвиняют. Неудивительно, что моя непосредственная близость к ребенку заставила его слегка нервничать.

Я была вся грязная и мокрая, а камера — жаркой и душной, и все же чудо рождения новой жизни до сих пор покалывало в ладонях радостными иголочками. Я устало присела на кровать с мокрой тряпкой в руках, безотчетно улыбаясь.

Сэди взирала на меня с уважением, смешанным с долей отвращения.

— Фу, какая мерзость! Неужели всегда так?

— Более-менее. Разве ты никогда не присутствовала при родах? И сама не рожала? — удивилась я.

Она энергично замотала головой и суеверно сложила из пальцев «козу», так что я невольно рассмеялась.

— Даже если б я когда-нибудь захотела подпустить к себе мужчину, меня бы отвратила одна мысль об этом!

— Вот как? — Я запоздало вспомнила ночные попытки. Значит, Сэди предлагала не только утешение. — А как же мистер Фергусон?

— Он был фермером и гораздо старше меня. Умер от плеврита пять лет назад.

А скорее никогда не существовал в природе, подумала я. У вдовы куда больше свободы, чем у девушки или замужней женщины. Уж она-то способна о себе позаботиться…

Прежде я не обращала внимания на звуки, доносящиеся из кухни, но тут раздался грохот, а за ним ругань шерифа. Ни миссис Толливер, ни ребенка слышно не было.

— Забирает черную тварь обратно в камеру, — пояснила Сэди с такой злобной интонацией, что я удивленно вскинула голову. — Разве ты не знала? Она душила своих малышей. Теперь ее смогут повесить.

— А… — вяло откликнулась я. — Нет, не знала.

Звуки стихли. Я сидела, уставившись на светильник, до сих пор ощущая в ладонях новую жизнь.

Над самым ухом плескалась вода, и к горлу подкатила тошнота. Запах гниющих водорослей и дохлой рыбы, не говоря уж о сотрясении мозга от удара о стену, не улучшали ситуацию. Джейми поерзал, пытаясь найти положение, при котором голове или желудку станет легче. Его связали, словно курицу перед жаркой, но как-то удалось перекатиться на бок и поджать колени — это немного помогло.

В полуразрушенный лодочный сарай его привезли в сумерках — сперва он думал, что хотят утопить, — и бросили на пол, словно куль с мукой.

— Поторопись, Йен, — пробормотал Джейми. — Я слишком стар для таких приключений…

Оставалось надеяться, что племянник проследил за Брауном и имеет представление о том, где он сейчас. Сарай стоял на открытом побережье, однако чуть поодаль, в кустарнике позади форта Джонстон, можно было отлично спрятаться.

Надсадно ныл затылок, во рту ощущался противный привкус, в голове эхом отдавалась изнуряющая боль — последствия травмы черепа много лет назад. Поразительно, до чего быстро нахлынули воспоминания о тех мигренях, ведь прошла целая вечность! Наверное, у черепа своя память, куда более живая, и он намеревается отомстить за преступную забывчивость…

Луна стояла высоко; колеблющийся мягкий свет пробивался сквозь щели в досках. Вновь накатила тошнота, и Джейми закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на том, что сделает с Брауном.