Книга Дыхание снега и пепла, страница 632 – Диана Гэблдон

Я должна была бы прийти в ужас, однако вместо этого пришла в ярость. Камень, ударивший меня по голове, отскочил благодаря густым волосам и чепцу, но оставил надсадную боль. Я инстинктивно вскочила на ноги и тут заметила ухмыляющегося мальчика: стоя на насыпи, он торжествующе приплясывал и улюлюкал. Не помня себя, я рванулась вперед, поймала его за ногу и дернула.

Он завопил, поскользнулся и упал на меня сверху; мы рухнули на землю и покатились, запутавшись в водовороте юбок и плаща. Я была старше, тяжелее и совершенно вне себя от злости. Все страхи, уныние и неопределенность последних недель вскипели внутри, и я что есть силы ударила его по ухмыляющейся роже — раз, другой… Что-то треснуло в ладони, и руку прожгла резкая боль.

Юнец завопил и рванулся — он был меньше, но паника придавала ему сил. Я схватила его за вихры в попытке удержать; он замолотил кулаками, сбил с меня чепец, вцепился в волосы и сильно дернул.

Боль лишь усилила ярость: я пихнула противника коленом, ища где помягче. Его рот беззвучно приоткрылся буквой О, глаза выпучились, пальцы отпустили мои волосы. Воспользовавшись слабиной, я нависла над ним и снова ударила по лицу со всего размаха.

Плечо пронзила тупая боль: крупный булыжник сбил меня набок. Задыхаясь и всхлипывая, противник выпутался из моего плаща и уполз на четвереньках. Я выпрямилась и неожиданно встретилась взглядом с молодым парнем: лицо горело от возбуждения, рука отведена в замахе.

На этот раз попало по скуле. Я покачнулась; на мгновение все расплылось перед глазами… Тут сзади навалилось что-то крупное, и я оказалась прижатой к земле живым весом. Судя по сдавленному «Матерь Божья!», это был Джейми. Его тело дергалось под градом ударов, сопровождавшихся жутким шмяканьем камней о плоть.

Вокруг раздавались крики. Я услышала хриплый голос Тома Кристи, затем выстрел. Еще чьи-то вопли, но уже с другой интонацией. Один-два глухих стука, последнее кряхтенье Джейми…

Какое-то время мы лежали неподвижно, и я вдруг почувствовала, что прижимаюсь лицом к ужасно колючему растению с резким горьким запахом. Затем Джейми медленно поднялся, переводя дыхание. Я тоже приподнялась, опираясь на трясущуюся руку. Щека опухла, кисть и плечо пульсировали, но мне было не до того.

— Как ты?

Джейми привстал было, затем вдруг снова осел, схватившись за бок. Он был бледен, по щеке текла струйка крови — видимо, порезал кожу на голове.

— Ничего, — кивнул он, однако прерывистое дыхание намекало на трещины в ребрах. — Сама как, саксоночка?

— Нормально.

Я кое-как поднялась на ноги. Люди Брауна рассыпались по дороге: кто-то ловил разбежавшихся лошадей, другие, чертыхаясь, собирали разбросанные пожитки. Тома Кристи рвало в кустах. Ричард Браун стоял под деревом, наблюдая за происходящим; его лицо побелело. Он бросил на меня резкий взгляд и отвернулся.

Больше мы в тавернах не останавливались.

— Если хочешь кого ударить, бей по мягкому — в голове слишком много костей, да еще зубы в придачу.

Джейми расправил в ладони ее пальцы, осторожно прижимая опухшие костяшки, и Клэр зашипела от боли.

— Благодарю за ценный совет. Сам-то ты сколько раз ломал кисть в драках, а?

Ему захотелось рассмеяться. Перед глазами вновь встала картина: Клэр в ярости лупит парня почем зря, волосы развеваются на ветру, во взгляде жажда крови — бесценное зрелище…