Книга Чужестранка. Книга 2. Битва за любовь, страница 169 – Диана Гэблдон

— Да, спасибо.

Последовавшее недолгое молчание нарушил голос Джейми:

— Ну, не могу сказать, что мне от этого легче, но благодарю, что вы мне об этом рассказали.

Сэр Маркус прищурился и глянул на него.

— М-м-фм, ты, я вижу, не собираешься забывать, – резко проговорил он. – Не старайся. Если сможешь, дай этой ране зажить, как и остальным твоим ранам. Не береди ее, и все пройдет.

Старый солдат поднял шишковатую руку с засученным рукавом и продемонстрировал неровный рубец, тянувшийся от локтя до запястья.

— Шрамы не должны нас беспокоить.

— Да, – ответил Джейми, – некоторые, может, и не должны.

Он попытался лечь на бок. Сэр Маркус поспешно поставил стакан.

— Слушай, дружище, давай-ка поосторожнее! Иначе сломанное ребро проткнет тебе легкое.

Он помог Джейми лечь на бок, опершись на локоть, и подложил под его бок свернутое валиком одеяло.

— Дайте мне маленький нож, – тяжело дыша, попросил Джейми. – Маленький, но очень острый.

Без лишних слов сэр Маркус сделал несколько тяжелых шагов к французскому буфету из полированного орехового дерева и, с диким шумом перебрав содержимое ящиков, вернулся к Джейми, держа в руке нож для фруктов с перламутровой рукояткой. Вложив нож в здоровую левую руку Джейми, он сел на прежнее место.

— Думаешь, тебе не хватает шрамов? – спросил сэр Маркус. – Хочешь еще добавить?

— Лишь один.

Опасно шатаясь на локте, Джейми прижал подбородок к груди и приставил острое словно бритва лезвие к груди чуть ниже левого соска.

Мгновенным броском сэр Маркус перехватил руку Джейми.

— Давай-ка я пособлю тебе, дружок. Не ровен час, свалишься на этот ножик всей тяжестью.

После некоторого колебания Джейми отдал нож и упал на свернутое одеяло. Затем тронул пальцами грудь на два дюйма ниже соска и сказал:

— Тут.

Макраннох принес с буфета шандал и поместил на стуле, с которого только что встал. От двери мне было плохо видно, что он разглядывает на груди Джейми: больше всего это напоминало небольшой почти круглый красный ожог. Сэр Маркус еще раз отхлебнул из своего стакана, поставил его возле свечей и приставил нож к тому месту, где виднелось красное пятно. Видимо, я непроизвольно дернулась, потому леди Аннабел схватила меня за рукав, удерживая от вмешательства. Затем сэр Маркус повернул нож по кругу – так делают, когда хотят вырезать гниль из плода. Джейми застонал; по животу стекла тонкая струйка крови и расплылась на одеяле пятном. Джейми перевернулся на живот и прижался к матрасу, чтобы унять кровь. Сэр Маркус положил нож на стул.

— Как только сможешь это сделать, – проговорил он, – возьми в постель жену, пусть она тебя утешит. Женщинам это нравится, – прибавил он, с улыбкой повернувшись к двери. – Один бог знает отчего.

Леди Аннабел тихо прошептала:

— Пойдемте, дорогая. Сейчас ему стоит остаться одному.

Подумав, что с перевязкой сэр Маркус справится самостоятельно, я поднялась следом за леди Аннабел по узкой лестнице в свою комнату.

Проснулась я как от толчка. Мне снилась бесконечная винтовая лестница, в самом низу которой меня ждало что-то ужасное. Спину ломило от усталости, ноги болели; я, в чужой ночной сорочке, рывком села на кровати и схватила свечу с огнивом. Меня охватила страшная тревога: что с Джейми? Что, если сейчас я ему нужна? Или, что самое плохое, вдруг англичане уже добрались сюда, а он там один, беспомощный и безоружный? Подбежав к окну, я прижалась лицом к холодной раме и несколько успокоилась, услышав резкий посвист метели: пока бушует буря, мы находимся в некоторой безопасности. Накинув на себя халат, со свечой в одной руке и с кинжалом в другой, я отправилась вниз по лестнице.