Книга Ни слова про коня, страница 35 – Елена Барсукова

— Я без малого сорок лет был очень несчастным человеком. Казалось бы, весьма преуспевающий бизнесмен, старший компаньон фирмы…– Уорд говорил очень тихо с выражением горечи на лице.

Лили сдержала вздох, грозивший перерасти в стенания и вопли.

— Но дикарь, который бродил по ночам, не давая не только спать своему соседу – мне современному культурному джентльмену, он не давал мне жить, любить и заниматься делами, как все нормальные люди!

— Но это тоже был ты! – Лили было стыдно, но она захотела вернуть призрак прошлого.

— Теперь я не знаю, Лили, был ли это я, я – Джеймс Дж. Уорд. Существовал ли я в самом деле? Не иметь права на самостоятельную жизнь – это проблема. И она с каждым годом для меня становилась все более страшным несчастьем. Я так и не решил, кем именно был я, ибо постоянно ощущал в себе обе личности. Это очень страшно Лили. В полдень я переправлялся на пароме через залив в Сан-Франциско и являлся в клуб или контору таким же нормальным, уравновешенным бизнесменом, как и любой другой в городе. Но вот наступал вечер, и это был кошмар. Мной овладевало беспокойство, и если я бывал наедине с самим собою в этот час, то начинал нетерпеливо мерить шагами тесную комнату, точно хищник, попавший в клетку.

Лили хотела погладить Уорда по волосам, но он перехватил ее руку и прижал к губам. «Последний раз», – пронеслось в голове и ей пришлось опустить глаза.

— Однажды, очень давно, я отважился влюбиться, – продолжил Уорд после небольшой паузы. – Но с тех пор, ни разу не позволял себе подобного. Я боялся! Ту молодую леди я насмерть перепугал. Она, наверное, целую неделю ходила с синяками на руках и плечах. Тебе ли не знать, какие следы оставляют мои ласки поздно вечером или ночью? Случись то свидание днем, все сошло бы превосходно: я был бы обыкновенным, в меру страстным любовником, а не свирепым дикарем из непроходимых германских лесов, умыкающим женщин. Из полученного опыта я заключил, что дневные свидания могут быть успешными, но одновременно пришел к убеждению, что в случае женитьбы моя семейная жизнь неминуемо обречена на провал. Я с ужасом представлял себе, как останусь наедине с женой после наступления темноты. Поэтому я сторонился женщин, регулировал свою двойную жизнь, сколачивал первый миллион в деле, избегал деятельных мамаш, жаждущих сбыть с рук молоденьких дочек, по ночам гонялся наперегонки с койотами, засыпал в лесных берлогах и ухитрялся держать свою жизнь втайне ото всех, за исключением Ли-Синга. Но при этом, надо мной постоянно довлел страх, что рано или поздно моя тайна все-таки выплывет наружу.

Уорд встал, но Лили так и не смела поднять глаз.

— Лилиан…

Лили еще ниже опустила голову.

— А потом в мою жизнь вошла ты, и все изменилось, – голос Уорда стал мягким и тихим. – Сперва меня встревожило, что тебе удалось увидеть двух человек, что жили во мне, но еще до того как ты, убедилась в существовании дикаря, я решил, что не хочу отпускать тебя.

Судорожно дыша, Лили ощутила головокружение, и непослушная слеза упала прямехонько на платье.

— В первый день нашего знакомства я подумал, что смогу оградить тебя, во всяком случае, попробую оградить, от встречи с дикарем, что мы сможем встречаться только днем и ранним вечером, что настанет время, когда ты примиришься с этим. Но у тебя были, видимо, другие планы, – Уорд улыбнулся и дотронулся до ее лица, в том месте, где пролегала мокрая дорожка. – И когда ты меня в них посвятила, я молил в судьбу «остановить мгновенье».