Книга Ни слова про коня, страница 32 – Елена Барсукова

Зачем так издеваться над собой, бороться с тем, что естественно для него и принято ею? Принято и идеально соответствует их жизненному укладу.

Лили, обдумав новые обстоятельства, пришла к выводу, что личность дикаря – тюрьма для джентльмена. Уорд с восхищением рассматривал вместе с ней альбомы с видами Старого Света, мечтал о путешествиях. Но дикарь не согласится провести в каюте, пусть и первого класса, целую неделю. И в этом плане Лили была на его стороне, ведь она отчетливо понимала, что предметы меблировки, к коим она себя относила, в путешествия с собой не берут.

Одним из важных изменений стало и то обстоятельство, что Лилиан теперь имела дело только с джентльменом – дикарь ночью в саду больше не появлялся. Именно джентльмену доставалась вся нежность, приходившаяся теперь только на светлое время суток и приобретшая несколько изматывающий характер. Правда, в моменты острого наслаждения джентльмен неизменно уступал место дикарю, но это рождало только новые вопросы у Лили. Засиживаясь за ужином, допоздна играя в бридж, Уорд старался быть веселым и расслабленным, но Лили чувствовала, что он ломает себя.

Впрочем, на некоторое время и эти изменения стали будничным явлением.

Разрешилось все, как всегда, самым странным и неожиданным образом.

В тот день Лили получила от Уорда, уехавшего в контору, целую коробку пирожных. Сидя в гамаке, который Ли-Синг повесил в саду по приказу Уорда, заметившего, что Лили предпочитает проводить время на свежем воздухе, Лили угощала любимую шотландскую борзую Уорда лакомыми кусочками и почитывала роман.

Собака, не отрываясь, смотрела на руку Лили, а на каждый взгляд – вскакивала и мельтешила хвостом. Выпросив же кусочек, на лету проглатывала желанное угощение.

— А меня угостишь? – Лили не ожидала такого раннего возвращения Уорда из города и была очень рада его появлению.

— Какое вам, сэр? – игриво спросила Лили, прижимаясь к усевшемуся рядом Уорду.

— Из твоих рук, милая Лилиан, любое из них будет слаще сахара, но не слаще твоих губ, – поддразнил ее Уорд и поцеловал.

Про пирожные было немедленно забыто. Коробка упала на землю, но заметила это только борзая. Не верившая своему счастью, она не решалась подойти, и наблюдала за целующимися с почтенного расстояния, полными нетерпения глазами. Заветная цель была достигнута, когда хозяин унес благодетельницу в дом. Даже оставшаяся в гамаке книга со следами сахарной пудры, была облизана самым тщательным образом.

Лили с Уордом почти все время до ужина провели в спальне. Вечер, как теперь это часто случалось, затянулся. Уорд, пребывал в прекрасном настроении, играл с собакой, развлекал Лили историями и сплетнями. Часы уже пробили полночь, когда они разошлись спать.

Лили устала, но, неизменно возникающее после расставания с Уордом чувство пустоты, не дало бы ей уснуть, поэтому перед сном она решила почитать. Вспомнив про оставленную в гамаке книгу, Лили, не желая тревожить Ли-Синга, сама поплелась за ней, накинув шаль.

На улице было свежо, но не холодно. Кажется, что ночью в саду она не была уже целую вечность. Проходя освещенную веранду, Лили остановилась и подумала – может быть, сегодня Уорд выпустит дикаря на свободу? Погрузившись в свои мысли, Лили не сразу поняла, что тишину нарушает заливистый лай и злобное рычание собак. Гомон приближался и усиливался. Лили поежилась и застыла на дорожке, ведущей к веранде, пытаясь угадать причины волнения животных. И в этот момент внезапный, словно удар ножом, ночь прорезал пронзительный визг раненой собаки.