Книга Звезда бессмертия, страница 13 – Анна Чернышева

— Еще, еще, – смеюсь я.

— Еще здорово печешь, стираешь, вяжешь, – стал загибать пальцы Серега, – еще эротично моешь пол.

Я притворно отворачиваюсь, Серега крадется, обнимает сзади, и шепчет на ухо:

— И любовница самая лучшая!

Вы целовались когда-нибудь с бензовозом? О, бездна ощущений! Только нос лучше зажать.

— В ванну, быстро!

Серега мчится галопом в ванну, выглядывает из-за двери:

— А тебе белый очень пойдет!

— Это ты о чем? – настораживаюсь я.

Мой сожитель опять выглядывает, но переводит тему:

— Знаешь, почему я эту машину купил? Потому что она моя!

— В смысле?

— Вот ты вчера вспомнила каратэ, а я сегодня – свою машину. Это я ее разбил, только-только из Берна выехал, и в столб. Дурак пьяный! Хорошо машину развернуло боком, я только ногу сломал.

— Когда? – тупо спрашиваю я.

— Году так… в 48.

— Сколько же тебе было?

— Лет сорок. Реинкорнация.

И дверь закрывается. Я загружаюсь, выходит не я одна такая странная. Неужели, каждый помнит, что-нибудь эдакое?! Но Серега опять не дает додумать:

— Лиз, выходи за меня замуж, – доносится из-за двери и тут же неистово начинает шуметь вода.

Я будто громом пораженная, дохожу до зала, опускаюсь на диван. Вот уж чего от него не ожидала! Так он хочет со мной всю жизнь прожить, а я все время думаю о другом. Придумала себе великую любовь. Сережка вот он, живой и веселый, а тот, мистический герой где? От телефонного звонка вздрагиваю всем телом. Хватаю трубку.

— Алло?

— Добрый вечер, это Александр…

*палицы – дубины с металлическими наконечниками.

**секиры – большие топоры на металлической рукояти.

***кирасы – часть рыцарского доспеха, защищающая грудь и спину.

ГЛАВА ПЯТАЯ.

СХОЖУ С УМА.

Честное слово, хотела все спокойно обдумать еще вечером, но я так устала от чудес этого дня, что думать совсем не могла. Да и Серега мешал изо всех сил.

Просыпаюсь медленно-медленно. Воскресенье – святой день. Тянусь, ленюсь, только бы не открывать глаза. Свидание назначено на семь вечера, вот тогда и начну беспокоиться и выбирать. Щеки гладит мягкое осеннее солнышко, хорошо! Телефон заходится в истерике, раздирает мой ленивый рай. У-у, гады!

Серега тычет трубку под ухо:

— Это тебя, Маринка.

Я морщусь, Маринка работает в милиции, вырабатывает командный голос, вечно звонит не вовремя.

— Лизка, где вы вчера были? Я звонила весь день, где вас черти носят?

— Что у тебя случилось? – сонно спрашиваю я.

— Это у тебя случилось! Ты в розыске!

— Что?! – резко сажусь на кровати, сна как не бывало.

— Проходишь по делу, как подозреваемая в убийстве. Ордер на арест пока не выдали, но думаю, скоро будет.

Она сыпет терминами, я ничего не понимаю, трубка в руке дрожит.

— Я никого не…

— Спокойно, ты где была шестнадцатого в девятнадцать часов пятнадцать минут, у отделения 172596 по 50 лет Октября?

— Что? Когда?

— Позавчера, перед самым закрытием была в Бизнесбанке напротив твоего дома?

— Да, но я…

— Спокойно, драка была?

— Да, но…

— Так, свидетель видел, как ты убила парня. Как было дело?

Я могу только не членораздельно мычать.

— Соберись, – командует Маринка, – утром на ступенях банка нашли труп со следами побоев. Камера работала на наблюдение, записи нет, но охранник подробно тебя описал. Компьютер – сволочь, сразу выдал имя и адрес, тут теперь про всех есть. Вспоминай!