Книга Воскресшая жена младшего принца, страница 67 – Наталья Смеречинская

— Пойдём, — судя по звуку, дракон поднялся и поднял Амелин. — Здесь не место для таких разговоров.

Я чуть ли не разочарованно застонала.

— Но Кори... — Амелин и тут не забыла обо мне.

— Она не пострадала. Давай уйдём и не будем ей мешать.

Снова этот холодный, безразличный тон. Но теперь черта с два ты меня им обманешь, чудовище. Я знаю, что ты далеко не так равнодушен.

Мне чудом удалось сегодня избежать твоих лап и урок я усвоила.

В коридоре послышались шаги, но я ни на йоту не сдвинулась с места. Всё так же прислушиваясь.

Веры Теодору не было, но минуты шли. Одна, вторая, пять, десять...

Я уже почти выдохнула, почти покинула свой пост, когда в абсолютной тишине в дверь, точно в том месте, где было прислонено моё лицо, что-то ударило.

Я не сдержала испуганный крик и быстро отскочила, опять напоровшись на диван.

Вопреки всем законам мироздания и физики дерево в том месте, где я стояла, зашевелилось. Прогнулось, как пластилин, и сквозь него стало чётко видно очертание ладони.

Я снова закричала, не в силах совладать с первобытным ужасом. Ужасом человека, столкнувшегося со сверхъестественным.

— Ты всё слышала, Корделия.

С той стороны заговорили. Голос Теодора был дьявольским, зловещим, не похожим на тот, которым он говорил с Амелин.

— Тебе лучше не попадаться мне больше на глаза, и тогда, возможно, тебе повезёт...

Он не договорил, но я всё поняла. Мне нужно превратиться в невидимку, исчезнуть, раствориться, и тогда был шанс, что он меня не тронет.

Но я почему-то слабо в это верила.

Тихое дыхание колыхало прядь у моего виска, мешая спать. Я повернулась на другой бок в надежде, что удастся удержать ускользающий сон, но тут же на мою талию легла горячая рука.

Пришлось вздохнуть, смириться и аккуратно приподнять обвивающую меня конечность. Придерживая её, я повернулась, уставившись на сопящую Амелин. Она по-детски мило спала на отобранной у меня территории кровати, пуская слюни на мою подушку.

Я закатила глаза и плавно опустила её руку рядом с телом, чтобы не тревожить это чудо.

Хотя улыбка сама собой набежала на мои губы. Этот маленький цербер уже неделю сторожит меня под любым предлогом и без, проникая в мою спальню. То ей страшно, то гроза, то она вспомнила о родителях и тоскует по родным.

Какие к чёрту родители, если её нашли младенцем?

О, эти нестыковки в рассказе Амелин нисколечко не смущали. Она тут же заливалась соловьём, что всегда мечтала о родителях, представляла, какими они будут, и именно о них тоскует.

Поэтому непременно ей сегодня нужно переночевать в комнате Кори, так как рядом с ней она чувствует себя как дома.

На третий день, когда страх перед Теодором немного поутих, я начала выгонять её со своей территории, но не тут-то было. Она уходила, но наутро я всё равно обнаруживала её в своей кровати.

Я возмущалась, вычитывала её, а глубоко в душе вздыхала с облегчением.

И если честно, была ей благодарна.

Амелин не притворялась. Она действительно заботилась обо мне.

Помню, в первую ночь после нападения Теодора она пробралась ко мне. Сквозь сон я почувствовала лёгкое прикосновение к своим волосам. Меня гладили как маленького ребёнка, а потом я услышала шёпот.

— Я защищу тебя от всех. Никто не посмеет навредить тебе, моя драгоценность. Я всегда буду рядом.