Книга Твой яд, страница 64 – Диана Валеса

Передашь ему спасибо? — говорю я маме, откладывая письмо в сторону. — И скажи, что я не виню его. — Хорошо, — мама обнимает меня за плечи. — Ты голодна? Я приготовила суп, котлеты. В холодильнике всё есть. Голода нет. Вообще ничего не хочется. Но я киваю, потому что не хочу расстраивать маму. Она так старается. Спасибо, мам. Я потом поем, ладно? Мне нужно собрать вещи. — Конечно. Я помогу.

Мы идём в мою комнату. Здесь тоже идеальный порядок. Я открываю шкаф, достаю небольшую дорожную сумку. Начинаю складывать самое необходимое. Мама помогает, молча передавая вещи, не задавая лишних вопросов. Возьми тёплую кофту, у папы на даче сейчас прохладно по вечерам, — советует оНа

Киваю, добавляю в сумку серый вязаный свитер. Тот самый, который связала бабушка несколько лет назад. Он большой, уютный и пахнет домом.

Сумка почти готова, когда в дверь звонят. Замираю на месте. Сердце пропускает удар, а затем пускается в бешеный галоп. Неужели он... Не может быть. Он не посмеет.

Мама хмурится.

— Кого это принесло? Я никого не жду.

Она идёт к двери, но я останавливаю её, хватая за руку.

— Мам, дай я.

Она смотрит на меня с недоумением, но кивает. Я подхожу к двери, осторожно выглядываю в глазок. Вздох облегчения вырывается сам собой. Не он... Молодой парень в форме курьерской службы, в руках у него огромный букет белых лилий и коробка конфет.

Открываю дверь.

Карина? — спрашивает курьер, сверяясь с планшетом.

— Да.

Вам доставка. Распишитесь, пожалуйста.

Расписываюсь дрожащей рукой, забираю цветы и конфеты. Закрываю дверь, прижимаю букет к груди, а затем опускаю их, ищу записку. Но ничего нет.

Но я знаю, от кого эти цветы. Потому что только один человек в моей жизни способен на такую наглость. Только один мерзавец не побоится прислать их после всего, что произошло. Мама подходит ближе, смотрит на букет.

От кого это? — спрашивает осторожно.

Не знаю, — вру я. — Записки нет. Наверное, кто-то ошибся адресом. Но по её глазам вижу, что она не верит. Тоже догадывается.

Может, выбросить? — предлагаю я, хотя понимаю, что не сделаю этого. Почему-то не могу, руки не поднимаются. Сто с этими лилиями, и внутри всё разрывается на части. Ненавижу его, но эти цветы... они красивые. Нежные.

Совсем не вяжутся с его образом.

Оставь в прихожей, советует мама. — Разберёшься потом.

Киваю, ставлю их в вазу рядом с розами на кухне. Затем застёгиваю сумку, проверяю, ничего ли не забыла. Документы, билет, телефон, деньги. Всё при мне.

Мам, я поеду на такси, — говорю я. — Не хочу, чтобы ты отвозила меня, потом возвращалась одна. Но я могу...

Мам, пожалуйста, — смотрю на неё. — Мне нужно побыть одной. Хотя бы в дороге. И тебе нужно заботиться о моём будущем братике.

С чего ты взяла, что родится мальчик? — на лице мамы появляется улыбка. Не знаю, — пожимаю плечами. — Но чувствую это.

Через десять минут такси уже ждёт у подъезда. Я обнимаю маму на прощание, чувствую, как её руки дрожат. Она боится отпускать меня. Наверное, боится, что со мной что-то случится. Но я должна уехать. Звони, как приедешь, — шепчет она.

Обязательно.

Выхожу из квартиры, закрываю дверь. И только сейчас понимаю, что именно забыла. Замки…. Нужно поменять замки. Потому что он может войти. У него есть ключи, я уверена. Он уже проникал сюда однажды. Если вернусь….. Когда вернусь, сделаю это в первую очередь. Спускаюсь по лестнице и выхожу на улицу. Такси стоит у обочины, водитель уже открыл багажник. Я кладу сумку, сажусь на заднее сиденье, называю адрес вокзала.