Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской, страница 42 – Елизавета Соболянская

Выйдя на улицу, Александра почти с наслаждением вдохнула холодный воздух. Пусть он пах дымом печей, навозом и сыростью, но хотя бы не душил ее горло табачной вонью.

— Сразу в мастерскую или сначала в текстильную лавку? — уточнил Медведев.

— Сначала в лавку, — вздохнув, сказала Саша.

Просто поняла, что в лавке можно будет прикупить и ткани, и отделки на свой вкус, да и нитки для изящных кружевных воротничков нужны — отказываться от этой детали своего облика Шурочка не собиралась.

Медведев усадил девушку в карету, и они поехали в Гостиный двор — выбирать ткани, нитки, ленты и прочее.

Правда, цены там “кусались”. Александра пыталась привычно считать метрами, а купцы считали аршинами. Мало того, что аршин сам по себе был меньше метра, так еще каждый купец норовил приложить его так, чтобы ткани не хватило. Опытные хозяйки брали ткани в лавках “с подходом”, сразу закладывая аршин-другой на наглость купца и неаккуратность швеи.

Саша чуть было не лопухнулась с отрезом, но стоящая рядом женщина в темном платье и коротком приталенном пальто подсказала:

— Барышня, вы, поди, первый раз себе на платье сами ткань берете?

— Признаться, впервые, — согласилась с ней Александра.

— Так вам надо на пару аршинов больше брать. Где-то приказчик лишнее отмахнет, где-то швея ошибется… Чтобы на все хватило, с подходцем покупать нужно!

— Спасибо за помощь, — искренне поблагодарила Александра. — А не подскажете, как правильно рассчитать, сколько полотна нужно на нижнюю юбку?

Дама охотно взялась помогать, так что тяжелый час, потраченный на выбор и покупку ткани, пролетел для Саши незаметно.

Правда, ее собеседница поначалу удивилась тому, что барышня берет всего много, вроде как приданое собирает, но ткани все темные, строгие и слишком скучные для молодой жены. А узнав, что Саша будущая директриса благотворительной школы, стала смотреть на нее совсем другими глазами:

— Молоды вы, барышня, но коли уж вас взяли на такую должность, значит, справитесь. А нет ли у вас должности свободной?

— А вы места ищете? — оживилась Александра. — А какого?

— Да я бы экономкой пошла, — сказала женщина, — кухаркой не по чину, а вот экономкой могла бы.

— Так приходите по адресу, возьмите рекомендательные письма, я внесу вас в список, ее светлость все равно без одобрения Особого отдела не позволит никого нанять, сами понимаете!

Сказано это было, конечно, с расчетом — если человек нечист на руку, упоминание Особого отдела его остановит. Плюс Александра подстраховалась на тот случай, если женщина ей не подойдет — вот, мол, ее светлость отказала без объяснения причин. Не барышня, которой вы помогли в лавке сукно на платье выбрать, а сама герцогиня. С нею не поспоришь!

— Ох, барышня, простите, забыла представиться, — женщина легко улыбнулась, — вдова Авдотья Павловна Курочкина, муж мой был коллежский регистратор, чин тринадцатого класса, так что пенсию назначили маленькую, а детей у нас трое. Старшего обещают в юнкерскую школу на казенный кошт взять, но через год только, а дочери вовсе малы еще.

— Куда же вы детей денете, коли на службу выйдете? — удивилась Александра, невольно переняв говор своей собеседницы.

— Так дома нянька есть да кухарка, — с улыбкой сказала Авдотья Павловна, — не пропадут. А если уж устроюсь, так упаду в ноги ее светлости, чтобы и девочек моих в школу вашу взяли! Они у меня обе с искрами, даже посильнее, чем у сына. Муж покойный все расстраивался из-за этого, а я грешным делом думала, что дочерям искра не повредит — и в хозяйстве справляться легче, и норов у девочек поспокойнее.