Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской, страница 20 – Елизавета Соболянская

— А это мысль! — Терезия Борисовна посветлела лицом. — К тому же очень свежая и прогрессивная! Если выбрать докторуса из практикующих, но молодых, недавно закончивших обучение…

Она снова засновала карандашом по листам, внося заметки.

— Кроме того, больные и ослабленные дети нуждаются в более здоровом питании, — Саша заглянула в собственную книжку, которую по наитию прихватила, выходя из дома. — И хорошо бы на лето организовать им выезд на дачу в место с полезным климатом.

Герцогиня подняла на Александру глаза, с интересом посмотрела и сказала:

— Вы продолжаете меня удивлять, мадемуазель. Некоторые особы, узнав о моих планах по приему детей, уверяли, что эти сироты привыкли к простой, грубой пище и скромным условиям, поэтому можно будет прилично сэкономить на питании и одежде.

— Ваша светлость, — Александра Николаевна покачала головой, — если вы хотите вырастить из сирот магически одаренных, крепких здоровьем молодых женщин, на питании и одежде экономить нельзя. Все должно быть простым, но, несомненно, теплым, сытным и полезным.

Герцогиня удовлетворенно кивнула, и обсуждение перешло на жалованье.

Вот тут Александра откровенно “плавала” — цены она знала плохо, но Шурочка в Пскове получала пятьдесят рублей в месяц, снимала комнатку за двадцать пять рублей и жила одна, во всем себе отказывая, поскольку нужно было накопить к зиме на дрова, теплую одежду и письменные принадлежности. А еще учитель обязан был выглядеть прилично и что-то есть.

Герцогиня же, с одной стороны, предлагала квартиру и питание, с другой — круглосуточную ответственность, да еще ответственность перед членом императорской семьи.

Но начали с жалования классных дам. Обсудили форму, проживание, и… все же шестьдесят рублей Александра отбила. Да, немного, но с проживанием и питанием женщины смогут что-то отложить себе на старость, чтобы не идти потом в императорские богадельни.

Преподавателям, приходящим только на лекции, ее светлость собиралась положить почасовую оплату, но тут Саша снова уперлась:

— Ваша светлость, нам не нужна простая начитка лекций. Мы набираем довольно маленьких, слабых детей, да еще… — тут попаданка проглотила слова “социально незащищенных” и сумела подобрать аналог, — да еще сирот, зачастую лишенных поддержки семьи. Нам нужны люди заинтересованные, а не те, кто мечется, словно заяц по городу, пытаясь заработать на уроках деньги. Тем более девочкам полезно будет видеть людей степенных, спокойных, не нервных и не крикливых. Предлагаю просто положить двадцать пять рублей в месяц, а расписание я буду составлять так, чтобы, скажем, один приходящий преподаватель проводил у нас в школе два или три дня в неделю целиком и тем отрабатывал свое жалованье.

Терезия Борисовна подумала и согласилась.

Прачки, судомойки, повара, сторож, истопник… Ох, сколько, оказывается, народу нужно было для привычного функционирования школы в условиях отсутствия ватерклозетов, водопровода и центрального отопления!

Дамы работали несколько часов, прежде чем в дверь деликатно постучали, и на пороге встал моложавый, стройный офицер в незнакомом Александре мундире:

— Душа моя, — обратился он к герцогине по-немецки, — вы, кажется, за работой забыли о пище земной!

Шурочка подтолкнула Сашу вскочить и присесть в реверансе.