Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской, страница 100 – Елизавета Соболянская

Послушав болтовню детей еще немного, Александра поняла, что имеет дело с дочерью вдовы, родившей от молодого любовника — внебрачный ребенок оказался не нужен обоим семьям. И дочерью молодой девушки, обесчещенной более знатным аристократом. Высокопоставленный отец “прикрыл грех”, выдав короткую усладу замуж за мелкого чиновника, а ребенка пристроил в школу, внеся некоторую сумму.

Спрятав вздох, Саша пообещала себе провести с барышнями беседу — о сохранении семейных тайн и важности молчания. На всякий случай.

Потом она увидела в коридоре Медведева — и снова из головы вылетели все планы. Изумительный мужчина! Жаль, что Шурочка ему не ровня. Дети могли получиться и красивыми, и сильными, и умными…

— Александра Николаевна, — прапорщик заметил ее и остановился, едва слышно щелкнув каблуками.

— Ефим Александрович, что вы тут делаете так поздно?

— Ищу вас, — мужчина отчего-то выглядел мрачно, — мне поручили привести вас к начальнику Особого отдела, генералу Бенкендорфу!

Саша сглотнула — про Бенкендорфа она слышала мало хорошего, но…

— Дайте мне десять минут, чтобы переодеться, — попросила она, сворачивая в коридор к своим апартаментам.

— Жду вас внизу, — отозвался Медведев, растворяясь в тенях пустой лестницы.

Девушка сжала руки, но нервничать себе не позволила — решительным шагом направилась в свою комнату за самым строгим и сдержанным платьем, способным стать ее доспехом в непростых переговорах с тем, кто может стереть ее одним пальцем.

Закутанную в темный плащ Александру прапорщик усадил в карету без гербов и знаков отличия. Сам сел рядом и негромко заговорил:

— Не стоит волноваться, Александр Христофорович приглашает вас для разговора в свой семейный дом. Вашей репутации ничего не угрожает.

Саша выдохнула, делая вид, что именно урон репутации так ее пугал.

До попадания в тело Шурочки она преподавала русский и литературу, но историю им давали довольно подробно, да еще разбирали такие знаковые произведения как “Евгений Онегин”, “Война и Мир”, “Анна Каренина” — со многими историческими подробностями.

Про шефа Третьего отделения (а вовсе не Особого отдела) Бенкендорфа она слышала немало. Сатрап, жандарм, верный пес императора… Называли его по-разному, часто упоминали как главного участника судов над декабристами и вообще “душителя свобод”. Каким же этот человек окажется на самом деле? Точнее, в этом мире?

Медведев больше ничего не прибавил, Александра погрузилась в свои мысли, так что остановка кареты стала неожиданностью.

Дверь распахнулась — на подсвеченной магическими лампами брусчатке стоял немолодой крепкий лакей в темной ливрее:

— Господин Медведев, рады вас видеть, госпожа графиня ждет…

Медведев выпрыгнул из кареты, подал Александре руку. Девушка вышла и быстро осмотрелась. Довольно скромный особняк серого цвета. Три этажа — один цокольный, два обычных. Треугольная крыша, богатый декор наличников третьего этажа подсказывал, что именно там располагаются самые роскошные комнаты.

Знания Шурочки не подвели — прапорщик проводил Александру к тяжелой парадной двери, украшенной металлическими накладками по светлому дереву, мельком кивнул швейцару — явно военному и сильному магу, прошел в небольшую прихожую возле лестницы и, отдав лакею плащи, помог девушке подняться на третий этаж.