Книга Брошенная невеста. Обманутая жена, страница 80 – Кристина Юраш

На лице.

На волосах.

На губах.

И всякий раз сердце начинало биться быстрее, сбиваясь с ритма дыхания.

— Сегодня попробуем круг без моей поддержки, — сказал он, когда я уже сидела в седле.

Я резко посмотрела на него. Страх кольнул под ребрами, когда что-то внутри меня прошептало: “А вдруг не получится?”.

— Полностью? — выдохнула я, понимая, что рука Олвинда больше не будет страховать меня. И мне придется ехать самой.

— Да.

— Ры-рысью?

— Сначала шагом. Потом немного рысью, если почувствуешь уверенность, — кивнул герцог.

— А если я упаду?

— Я рядом.

Это прозвучало так просто, так буднично, что страх отступил, уступив место доверию.

Я поднялась в седло почти без помощи. Почти. Потому что его рука все равно оказалась у моей талии — будто случайно. Будто только для страховки. Его пальцы были горячими через ткань платья.

Но я уже знала, как выглядит эта "случайность". И, кажется, ждала ее.

— Спина, — напомнил он.

Я выпрямилась, чувствуя, как мышцы напрягаются.

— Повод мягче. Не тяните.

Я ослабила пальцы.

— Не боритесь с ней. Договоритесь.

— С лошадью?

— С собой. Со своим страхом для начала. А потом уже с лошадью.

Я скосила на него взгляд.

— Ваши уроки все больше напоминают нравоучения философа.

— Значит, вы стали лучше ездить, если у вас осталось достаточно сил спорить и шутить.

Я хотела ответить, но Счастливица сделала шаг вперед, и я тут же забыла все слова, сосредотачиваясь на балансе.

Первый круг был медленным.

Я держалась слишком напряженно. Плечи то и дело поднимались к ушам. Колени сжимали седло сильнее, чем нужно, впиваясь в кожу. Несколько раз Счастливица пыталась повернуть к герцогу, видимо решив, что он главный и лучше знает, куда идти.

— Ведите ее, — сказал Олвинд, идя рядом. — Не просите разрешения. Ведите. Покажите, кто здесь хозяин положения. Почему она решает, куда вам ехать? Должно быть все наоборот!

Я глубоко вдохнула. Выдохнула напряжение.

И впервые сама повела лошадь.

На втором круге стало легче. Мысли успокоились.

На третьем я уже слышала не только собственное сердце, но и стук копыт.

Ровный.

Уверенный.

Почти красивый.

— Теперь рысь, — сказал герцог.

Я едва не возразила: «Нет, рано, страшно», но не стала.

Счастливица пошла быстрее. Я постаралась унять панику. «У тебя все получится!» — твердила я сама себе.

Мир закачался. Желудок подпрыгивал к горлу.

Потом стало почти терпимо. Потом я вдруг поймала ритм.

Раз. Два. Раз. Два.

Не бороться с движением. А двигаться вместе с ним.

Договориться.

Ветер ударил в лицо. Пряди выбились из прически, и волосы защекотали щеки. Я слышала голос герцога, но уже не разбирала слов. Знала только, что он рядом. Что его присутствие — это моя защита.

А потом круг закончился.

Я натянула поводья — слишком резко, Счастливица недовольно вскинула голову, но послушно остановилась.

Прямо возле герцога.

Я сидела в седле, тяжело дыша, с горящими щеками и совершенно неприличной, широкой улыбкой.

— Я смогла! — задыхаясь от счастья и прикрывая улыбку рукой, прошептала я. — Смогла!

Герцог подошел ближе. Его глаза смеялись.

— Смогли.

— Я правда смогла! Без падения! — не унималась я, не в силах сдержать восторг. Казалось, все вокруг светилось от счастья.

— Правда.

— Вы… Вы это видели? — шептала я, осознавая, что сегодня — самый чудесный день моей жизни.