Книга Божье чудовище, страница 83 – Лариса Петровичева

Нет на свете такого зелья, которое создало бы ее. Нельзя полюбить по приказу или из чувства долга – ты либо способен на это, либо нет.

Как бы я хотела полюбить Артура по-настоящему…

Смесь начала таять, и я всыпала хруссин. Кристаллы зашипели и растворились, придав жидкости слабый золотистый оттенок. Последним шел порошок жука-камнееда: его нужно было добавлять по чуть-чуть, помешивая, пока состав не начнет густеть.

Господи, помоги мне, кажется, я справлялась.

Теперь нужно было все мешать деревянной лопаткой, медленными круговыми движениями. Я старательно работала, глядя, как золотистый цвет становится ярче – не спешила, не торопилась, просто аккуратно делала все, как советовал “Большой справочник зельевара”. Ох, если у меня и правда получится..!

Упала последняя песчинка в часах, которые Артур использовал, отмеряя нужное время для приготовления. Я приготовила “Драконьи перчатки”.

Отлично. Флер Броуди, ты умница. И ведь как красиво звучит: Флер Броуди!

Я зажмурилась и сунула обе руки в зелье. Оно было теплым, чуть покалывающим – вынув их, я подождала и опустила снова. И еще раз.

Открыла глаза.

Кожа на руках светилась – тонкие золотистые линии проступили, рисуя на коже драконью чешую, и я, завороженная их сиянием, вдруг услышала:

— Никогда. Нельзя. Совать в зелье. Обе руки! Сначала левую, если рабочая правая.

Я даже подпрыгнула от неожиданности. Обернулась – Артур стоял неподалеку от рабочего стола, и я не знала, сколько времени он провел, наблюдая за мной – так погрузилась в работу.

— Кажется, у меня получились “Драконьи перчатки”, – с испуганным восторгом призналась я, глядя на него, и Божье чудовище негромко усмехнулся.

— Похоже на то…

— Ну… есть только один способ проверить, – я решительно выдохнула и попросила: – Ты можешь снять маску? Сейчас?

Артур тяжело качнул головой. Я ждала, что он будет спорить и отказываться, но один из манипуляторов потянулся к маске и снял ее. Второй откинул капюшон, выпуская уродливую голову существа, которое встретишь разве что в аду. Щелкнули челюсти – выдвинулись, задвинулись.

Божье чудовище ждал.

Медленно, словно двигаясь под водой или во сне, я протянула руку и дотронулась до того, что можно было назвать лицом. Пальцы кольнуло, но боль от ожога так и не пришла.

Кожа была грубой, сухой и прохладной. Наверно, я была единственным человеком, который прикоснулся к доктору Броуди в его нынешнем обличье.

Я протянула вторую руку. Теперь его лицо лежало в моих ладонях, и Артур устало прикрыл глаза, словно хотел навсегда сохранить этот миг в памяти и боялся, что сейчас все кончится.

— Все в порядке, – прошептала я. – Оно не жжется. Совсем.

— Это неожиданно, – признался Артур, и чудовищная голова шевельнулась в моих ладонях. Глаза были наполнены настолько глубокой тоской, болью и радостью, что тяжело было смотреть – потому что мной сейчас владели те же чувства.

— А это сложная вещь? “Драконьи перчатки”? – спросила я. Человеческая рука и одна из жутких многосуставчатых веток легли на мои запястья и плавно отвели ладони от лица.

— Скажем так, она требует особенной сосредоточенности, – ответил Артур, надевая маску и поправляя капюшон. – И серьезной цели.

— Мы с тобой женаты, – напомнила я. – Куда уж серьезнее! Жена имеет право дотронуться до мужа, правда?