Книга Медея, страница 27 – Ли Литвиненко

— Не убивать? – удивленно выгнул бровь незнакомец.

— Прошу, у меня не было дурных мыслей…

— Я не причиню тебе вреда, прекрасная дева.

Оборотень нагнулся и поднял с пола бутыль. Отхлебнул, жадно рассматривая её тело, потом протянул бутылку ей. Что оставалось? Отказать? Чтоб разозлить? Она послушно взяла и тоже отпила. Ну не отравит же её этот двуликий? Жидкость обожгла горло.

— О! – Медея открыв рот пыталась отдышаться. Даже в глазах потемнело. Что это за штука? Жидкий огонь?

— Гномий ром, – услужливо пояснил похититель.

Она слыхала о таком, в кабаке кривой Лорин подавали несколько видов такой вот штуковины. Не удивительно что гномы выходили оттуда качаясь.

— Зачем? – кажется в ней прибавилось смелости. – Зачем я здесь? Воин? – Медея поерзала укладываясь поудобнее, беседовать голой, лежа на чужой постели, было странно.

— Называй меня Церус.

— Церус? – да, пожалуй, так будет лучше чем воин. Медея хихикнула.

— Церус Киф из стаи Черного зверя.

А ведь он красив. По-настоящему, по-мужски красив. И как-то дико, по животному притягателен. Этот аккуратный нос, капризно изогнутые губы и острые широкие скулы. Медея снова хихикнула. Прямо как глупая школьница, которой впервые подарили цветы.

— А ты, – как жадно он оглядывает её. Точно съест.

— Медея, – девушка снова хлебнула из бутылки. Проглотила и сделала еще глоток и еще. Алкоголь притупит боль, когда её будут убивать. И кажется… ей начинает нравится этот пикантный вкус. – Меня зовут Медея Фалин.

— Здравствуй, Меде-е-ея, – он нагнулся и забрал у неё бутыль. Оборотню пришлось приложить усилие, пальцы пленницы разжались не сразу. Тоже хлебнул. – Звучит как мёд и на вкус такая же сладкая, – довольно улыбнулся и облизнул губы.

Медея задохнулась от стыда, понимая, что он имеет в виду.

— Хочешь меня съесть? – голова приятно поплыла. Кажется, алкоголь начал действовать. Не так страшно задавать вопросы. – Живьем? Или запечешь как кролика?

— Что? Съесть? – засмеялся. Такой бархатистый обволакивающий смех. По тему Меди побежали волнительные мурашки. – Нет.

А ведь он тоже полностью обнажен и совсем не стыдится этого. Так уверен в себе. Ей бы столько наглости.

— Тогда зачем я здесь? – Меди снова повторила мучавший её вопрос.

— Я хотел… – он задумался. Видимо решал что хотел больше. – Хотел…

То, что он хотел, было понятно без слов. Меди пьяно хмыкнула и посмотрела на здоровенную штуку, гордо торчащую вверх. На такое трудно не смотреть. Самая выдающаяся часть его тела.

— Хотел кое-что другое… – словно дразня девушку он двинул бедрами и его эрегированный член закачался.

Оборотень продолжал стоять в изножии кровати. Такой большой и красивый. Поджарое мускулистое тело, сразу выдавало в нем воина, это тебе не изнеженный торговец. Хорош, решила Медея. Весь. Даже этот, как его… детородный орган…

— «Детородный орган», – повторил мозг.

Штучка которой делают детей. Таких маленьких оборотней вроде Сфеноса. Заинтересованный взгляд девушки прекратил свои блуждания по телу похитителя и сосредоточился на торчащем члене.

— «Очень полезный орга», – заверил мозг.

— Что, другое? – она раздвинула ноги и посмотрела ему в глаза.

Двуликий замер и тяжело глотнул. Не ожидал.

— Тебя… – и смотрит. Ждет? Чего? Разрешения?

Она убрала руку с груди и поманила пальчиками. А что? Спасала свою жизнь… И думала о продолжении рода. Она, между прочим, последняя из Фалин! Это такая ответственность: сохранить свой род.