Книга Медея, страница 146 – Ли Литвиненко

— И это госпожа Киф, – поправил камеристку Церус. —Медея Киф потом уж Фалин.

— О! Так вы всё таки женаты? – девочка словно хвост прошмыгнула в комнату вслед за Медеей.

— Мы пара, – настойчиво повторил Церус. – Хотя, хорошо, – сдался оборотень. – Мы муж и жена. Будем говорить понятно для вас, человеков.

— А как же господин Горнер? Он вам теперь кто? – девочка увидев как Медея попыталась расстегнуть крючки на спинке платья, поспешила ей на помощь.

— Он труп, – коротко объяснил Церус и зло хлопнул кулаком по столу.

— Всё таки убить его решили? – понятливо кивнула девчонка. – Правильно. Как человек он какашка, – и кровожадно усмехнулась.

— Он умер, – Меди позволила камеристке стянуть с себя платье.

— Уже? – восхищённо вылупилась на Церуса Марта. – А госпожа Териона?

— И она. Несчастный случай. Пожар, – Медея попыталась убедить служанку в их непричастности.

Видимо, напрасно. По хитрому личику Марты становилось понятно, что ход мыслей у девчонки далек от мирного пути. Она наверняка уже нарисовала в своей голове кровавую картинку, где двуликий разрывает на части чету Горнеров. И что за фантазии? Как можно думать такое глядя на… рассерженного оборотня? Да он просто душка.

— И теперь все денежки ваши? – девчонка как свою собственность потрошила дорожную сумку Медеи. Поочередно вытаскивала и разглядывала юбки и рубашки, подбирала что надеть на наследницу.

— А ты смышленая, – восхищенно присвистнул Цер.

— Так с Хордуонами росла. Считай все делишки о наследовании из их разговоров знаю. Столько всего они обсуждали. Хорошо что померли теперь все, от таких людей только зло.

— Это точно, – Медея позволила камеристке надеть на себя платье, единственное что взяла в дорогу. – Ты даже не представляешь сколько зла причинили они нам. Всем. Столько жизней… – замолчала, не желая продолжать эту тему.

— А что сгорело-то? Неужели дом? – Марта ловко застегивала пуговицы на лифе светло-зеленого платья.

— Псарня и конюшня. Дом, слава небесам, остался цел. Сейчас поедем туда. Нужно разобраться с делами и с наследством и… со всем этим, – Медея устало развела руками. Последние сутки оказались слишком богатыми на события.

— Так я вам помогу, – Марта деловито развесила на стуле красное платье. – Уж кто-кто, а я знаю все дела.

— Замечательно, мне понадобится надежный помойник, – обрадовалась Медея.

— Так я принята?

— Куда? – испуганно всполошился двуликий. Ему совсем не хотелось заиметь в доме такую прислугу. Уж больно шустрой ему показалась человеческая девчонка.

— В камеристки, – слишком широко улыбнулась девочка. – Могу и в посыльных походить, и секретарем, только пишу плохо.

— Ты принята в камеристки, – Медея оглядела свое платье. Так быстро она еще не переодевалась. Ловкость девочки трудно недооценить. – А секретарь у нас уже есть. И судя по времени, он уже дожидается нас в особняке. Поторопимся на Людожит!

Дом изменился. Вчера Медея успела уловить это краем сознания, а сегодня убедилась окончательно. Дом стал другим. Чуждым ей. Отторгающем блудную хозяйку.

И первые кто воспротивился её возвращению, были входные ворота. Их кое-как успели починить, после вероломного вторжения Церуса. Закрыв покореженные створки, проход соединили цепью и навесили замок.

— И как мы войдем? – Медея тряхнула кованную из прутьев дверь.