Книга Замужем за Горынычем, страница 31 – Мариэль Сальвия

Забава сделала пометку в блокноте, старательно копируя действия Анастасии Олеговны. Ведьмочка надеялась, что выходит убедительно.

— А инспектор, который занимается вашим делом, он сам приходил к вам?

— Приходил. Поэтому то, я и здесь. — Кузьма Ильич поморщился при одном воспоминании. — Крайне неприятный тип. Домовой, судя по повадкам, хотя внешне похож скорее на бухгалтера на пенсии, который отчаянно скучает по прежней работе. Говорит со мной так, будто я лично оскорбил всю налоговую систему одним фактом собственной смерти.

— Хорошо, — Забава захлопнула блокнот. — Мы разберёмся. Оставьте контакты инспектора, я свяжусь с ним для переговоров.

— Правда возьметесь? — в голосе клиента прозвучала робкая надежда, до этого явно похороненная под слоем привычного отчаяния.

— Возьмёмся, — заверила Забава с уверенностью, которая, признаться честно, взялась скорее из желания не подвести Анастасию Олеговну, чем из настоящего профессионального опыта. — Это целиком и полностью наш профиль. Всё будет хорошо.

Стоило Кузьме Ильичу уйти, оставив на столе визитку инспектора и печальный запах старого склепа, с книжного шкафа слетелКодекс , и тут же превратился в человека.

— Обычно тебя за уши не вытащишь из перьев, — удивилась Забава.

— Дело серьёзное, — он старательно избегал её взгляда, устраиваясь за соседним столом с раскрытой книгой.

— Логично, — согласилась Забава, впрочем, с лёгкой понимающей улыбкой, которую тактично оставила при себе. — Тогда давай изучать этого домового-инспектора вместе. Раз уж мы теперь ведём дело самостоятельно, надо соответствовать.

— Соответствовать чему?

— Уровню Анастасии Олеговны, — Забава пододвинула к нему стопку старых прецедентов по спорам с домовыми.

Кодекс пролистал несколько страниц, задумчиво хмурясь.

— Тут есть похожий случай, — объявил он. — Спор между домовым и упырём по поводу неуплаты налога на нежилое помещение. Разрешился неожиданно, через официальную процедуру взыскания, проведённую с соблюдением полного посмертного этикета. Судя по всему, домовые особенно щепетильны насчёт формальностей. Если дать им повод для торжественной процедуры, а не сухого штрафа, они становятся сговорчивее.

— То есть нашему инспектору просто скучно? — Забава прищурилась, обдумывая находку.

— Возможно, —Кодекс пожал плечами, впервые за разговор коротко взглянув на ведьмочку, прежде чем снова уткнуться в книгу. — Иногда за самым занудным делом прячется что-то куда более простое.

Забава улыбнулась тому, с какой неожиданной уверенностью прозвучала эта фраза в устах обычно застенчивого юноши. А затем потянулась за телефоном, чтобы назначить встречу с инспектором, пока идея была ещё свежа.

* * *

Инспектор, представившийся исключительно по фамилии — Запечников, без имени и отчества, явился в контору спустя час, минута в минуту, с портфелем, плотно набитым бумагами, видимо скопленными за все сто двадцать лет неуплаты одного-единственного склепа.

— Дело покойного Клыкова, — начал он сухо, даже не поздоровавшись. — Задолженность подтверждена документально. Штрафные санкции начислены по всем правилам. Не вижу предмета для переговоров.

— А если предложить рассрочку? — осторожно предложила Забава.

— Рассрочка не предусмотрена регламентом для случаев такой давности, — отрезал Запечкин, не поднимая взгляда от собственных бумаг. — У меня, знаете ли, тоже есть начальство, и оно не поощряет самодеятельность.