Книга Кровавая алхимия: тайна Золотого города, страница 95 – Лисса Мун

— Ты выросла без отца, Лиз, — прилетел в спину голос Эба, воткнулся под ребра, словно раскаленный кинжал там, где изредка билось сердце.

Ноги подкосились уже на склоне, и я чуть было кубарем не покатилась на проезжую часть. Эб не позволил, уцепился за мое запястье, помог мягко опуститься на землю. И плевать, что люди оглядывались на странного вида парочку, решившую отдохнуть прямо на снегу.

— И с чего же ты взял такую глупость? — вопросила я севшим голосом. Пыталась добавить в тон насмешку, но она затерялась среди горечи, подступившей к горлу.

— Все о тебе разузнал после смерти Ирис. Это ее отец, Лиз. В твоих воспоминаниях. Ее опыт в твоем опыте.

— Нет. Я помню его глаза. Такие же, как мои. Карие, с янтарной желтизной.

— У тебя серые, стальные, с ободком. То глаза Ирис.

— Нельзя! — заорала я, окончательно срывая глотку. — Нельзя забрать у человека все в один миг! Стереть личность, семью, настоящие воспоминания! Нельзя!!!

Радомир: паб «Алхимия»

Скоро наступило очередное утро. Я запутался в днях, обнаружил разряженный смартфон, разозлился, что так долго не вспоминал о нем и о работе, оставленной в Петербурге.

— Больше не задержусь здесь ни на минуту! — прорычал в сердцах. Сгреб Северину в охапку и вытащил на улицу, не принимая возражений. Сама она бы не пошла, снова бы развела бессмысленный спор, трепала бы мне нервы. — Нетушки.

И, не поблагодарив хозяев за радушный прием, мы уселись на Harley и умчались в знакомый переулок с аутентичной вывеской из обожженной древесины, колбами, подвешенными к ней цепями, и медной кованной надписью «Алхимия». Паб придумали простые люди, но мне он сразу понравился. Кто бы мог подумать, что именно его название определит мою судьбу в Калининграде?

Я заказал плотный завтрак из глазуньи в сковородке, большого стакана кофе, сырников с брусничным вареньем и зарядное устройство, Северина — стакан воды. Стоило загореться плоскому экрану, как дела закрутили меня, словно на центрифуге и отпустили только к обеду. Даже до пропущенных вызовов от сестры я добрался лишь после странного сообщения: «Нашла ключ к нашей крови. Всех накормлю. Гениально!» А перед ним шло другое: «Знаю, что ты в сговоре с Натангами. Бесишь. Забудь, что мы родственники».

— Ты так странно улыбаешься, — приревновала Северина. — Будто смотришь фотографии котиков в сети.

Я фыркнул и засобирался, на ходу вызывая Алису.

— Это не котик, а синеглазая лисичка, — добавил для ясности. Гудки прервались. А новая попытка завершилась милым: «Аппарат абонента выключен…». — Неужели угроза про родственников была всерьез?

— Забрала свой байк, пока ты просиживал штаны. — Северина отвлекла от мрачных мыслей, дернула плечиком и задорно запрыгнула на вишневый Suzuki Boulevar.

— Думал, ты сбежала к Руслану, — пошутил я, хотя даже не заметил ее отсутствия. Северина фыркнула и спрятала голову в защитный шлем — единственное, что напоминало о ее прежнем образе. — А еще я должен тебе новый костюм. Прежний на моей совести.

— Я уже заказала. Ты меняешь меня. И цвет «кожи» тоже пора поменять.

— Заинтригован.

— Куда теперь?

Мы мчались навстречу ветру и солнечным лучам, скользящим по тонкой наледи. Перепрыгивали трамвайные пути и обгоняли неуклюжие автомобили. А когда юркнули в маленький дворик, спрятались от шума города за невысокими домами, очутились будто бы в другом мире. Тот внешний сиял, бурлил на крупных улицах Калининграда, кичился правильностью. Этот в закоулках, теневой, туманный, скрывал тайные лазы и трепетные души…