Книга Я люблю зверя, страница 147 – Наргиза Огненная

— Теперь будет в двойне приятней ее найти, ведь теперь у нее еще и ребенок есть, — мерзкая растянутая во весь рот улыбка, придававшая ему, скорее еще большее уродство, чем расположение.

— я не буду рассказывать все свои планы, лишь отвечу на первый вопрос Киллиана, у меня к нему особенная любовь, — он встал с трона и спустившись к нам, таща на невидимой привези за собой Адриана, он шел позади, ровно на два шага от него.

— я смог принести их за Большую Воду, благодаря моему слуге, Фиту, которого ты так благополучно оставил в темнице. Что бы он вам не говорил, он навсегда остался верен мне, — говорил прямо смотря в глаза Киллиану.

— Ты, что все же оставил его в живых?! Издеваешься?! — возмущение Гейла не было предела. — Ну ты и… — договорить ему не дали, его пнул один из разбойников Рима.

— Да, вот такой наивный и влюбленный балбес, наш второй принц. Оставить в живых метаморфа, что может телепортировать в любое почти место и кого угодно. Хотя я тебя понимаю, я сам люблю до безумия, свою сестренку, — и нежно взглянул на Сиару, что осталась стоять у трона, как настоящее глиняное изваяние. Казалось, из нее выкачали все эмоции.

— А теперь, пожалуй, начнем! — довольно хлопнул в ладоши, этот безумный со шрамами, обращаясь ко всем остальным в зале.

И только теперь, когда я осмотрела украшение зала и наряды, что были по цвету, исключительно королевского, я поняла, что происходит — будет коронация, а потом Большой Суд, что вершит каждый король, зайдя на престол. Но, конечно, он обычно проходит, не так, как мы сейчас престали пред всеми. И суд решает не казни, а реформы и политическое направление, чего ждут от короля и чего желает сам зашедший на престол наследник.

А это…а это просто непросто — обычная прилюдная казнь. Не думала, что и я в этом списке. Или тут походу дела оглашать судьбу будут. Начинала бояться все сильнее, за себя, за других, что пот покатился по виску и испариной покрылся лоб. Если Аллан, что-то придумал, то ему лучше делать это сейчас.

Сиара взяла посох, на котором был камень виде дерева и меч бывшего короля Лиственного Леса. Она торжественно понесла его к Риму, что стоял прямо передо мной.

Видимо с приходом этого безумного, правила уже никакие не соблюдали — «коронуюсь как хочу» называется. Она вручила предметы ему. И как только руки Микуса стали заняты, она резко сорвала с него кулон с камнем. И с ненавистью в глазах, смотря прямо на своего брата, сжала его, да так сильно, что камень треснул. Он не потерял своей силы, но сиять стал тусклее.

Микус не кричал, не пытался забрать его у нее, он вначале дернулся и был крайне удивлен, вручил свою судьбу в ее руки, как будто думал, что она не решиться пойти дальше, а она осмелилась и шагнула. Вот тогда он озверел.

— Что ты делаешь! — хотел уже кинуться на сестру.

Как Адриан, встал между ними и оттолкнул Микуса, довольно далеко.

В этот момент мужчины не стал дожидаться, когда их освободят, а взяли все в свои руки, нападали на разбойников и воинов что охраняли и подчинялись теперь новому «недокоролю». Началась потасовка, кто из женщин кричал, кто дрался. Большинство сразу сделали шифтиг и уже звери сражались друг с другом.

А ко мне сразу же бросился Адриан:

— Анника, поцелуй меня.

Чего?! Это что за прихоти сейчас такие?! В такой-то момент! Нет я тоже за него жутко переживала, но не так, что как пред смертью, умирающий просит последнее желание.