Книга Дракон и Некромант. Мой выбор, страница 10 – Ирина Савицкая

Кайден открыл глаза. Магия не выжигала его — работала в паре, пока он дышал ровно, пока не тянул лишнего. Переутомление приходило только тогда, когда он пытался удержать слишком много, слишком долго. Тогда мышцы начинали дрожать, в горле пересыхало, тело требовало покоя. Но сегодня он настраивался, а не перегружался.

* * *

Он выпрямился, отряхнул ладони. В голове, на грани сна и яви, мелькнули обрывки того — другого — мира. Там, за гранью, не было ни стихийной магии, ни драконов в человеческом обличье. Были чертежи, бетон, логистика. И — катастрофа. Лаборатория, вспышка, пустота. А потом этот мир. Холодный, пахнущий кровью и древними ритуалами.

Он не сразу понял, что с ним стало. Первые недели — жар в костях, кожа, покрывающаяся чешуей по ночам, сны, в которых он летел над горами, не касаясь земли. Потом пришел старый травник, который объяснил:«Ты не человек, парень. Ты — драконья кровь. Из другого времени. Здесь таких называют полукровками. Стихии слушаются тебя, но обернуться полностью ты не сможешь — сожжешь себя изнутри» .

Кайден тогда не поверил. Попробовал. На третьей секунде полной трансформации рухнул на камни, задыхаясь, с разорванными легкими. С тех пор он знал границу. Тепло — можно. Ветер — можно. Капля огня — только в самой малой дозе, иначе перегрев. А крылья… крылья он показывал лишь тенью, чтобы враги видели и сомневались. Полный облик убил бы его раньше, чем любой клинок.

Но главное, что он вынес из того провала между мирами: в его родной вселенной драконы давно вымерли, остались лишь легенды и генетические эксперименты. Он был одним из последних — случайным, несовершенным, но живым. Здесь, в мире, где магия работала через кровь и печати, его дар требовал не жертв, а ритма. Если не перегреваться, если помнить, что тело — не печь, а канал, можно держаться годами.

Он провел ладонью по предплечью. Под кожей, если присмотреться, виднелись бледные, чешуйчатые узоры — шрамы от первой трансформации. Они не исчезали, как и память о том, кем он мог бы стать, если бы родился здесь, а не там. Но он не жалел. Жалость — плохой советчик.

«Я не дракон в полном смысле, — подумал он. — И не человек. Мост. Но мост должен стоять ровно, иначе рухнет» .

Он убрал руки за спину, развернулся лицом к воротам. Хватит воспоминаний.

* * *

Шаги по гравию нарушили тишину. Представитель Гильдии «Серебряные Весы» шел не один. За ним следовали двое клерков с тяжелыми книгами учета. Кайден вытер ладони о льняное полотенце, подошел к низкому каменному столу с картами переправы и жестом пригласил их сесть.

— Река спадает, — начал он, проводя пальцем по линии брода. — Если мы выйдем к вечеру, течение будет достаточно медленным для груженых барж. Но нам понадобятся свежие канаты, двойной запас светильников и три дополнительные артели тягловых. Ваши склады могут их выдать. Цену жду до полудня.

Глашатай открыл книгу, провел пальцем по строкам. Взгляд остался спокойным, но пальцы на перстне слегка сжались.

— Канаты и светильники есть. Артели заняты на северном тракте. Можем перенаправить, но тогда караваны задержатся. Гильдия потребует гарантии безопасного прохода для наших обозов и долю от пошлин левого берега. Иначе оставим тягловых там, где они нужны сейчас.

Кайден не стал спорить. Взял угольный карандаш и медленно начал делать пометки на полях карты. Каждый штрих ложился ровно, каждый расчет опирался на то, что он уже знал: сколько людей нужно, чтобы удержать лодку против течения, как быстро сохнет дерево после дождя, сколько времени уходит на разгрузку, если не торопить носильщиков. В другом мире это называли логистикой. Здесь — умением не терять людей попусту.