Книга Цена предательства: Месть по нотам, страница 28 – Lana Rubi

Эн же, в свою очередь, постоянно крутилась рядом с Дорианом. Они весело вспоминали прошлое, они без умолку болтали и постоянно подтрунивали друг над другом. Со стороны их общение казалось легким и непринужденным, но я, успев изучить целительницу, отчетливо видела её внутреннее стеснение и скрытую, натянутую осторожность. Эн вела тонкую, опасную игру: она панически не хотела, чтобы проницательный кузен догадался, зачем на самом деле мы едем к Мортану. Ей нужно было во что бы то ни стало создать видимость, будто эта поездка — исключительно её личная надобность, её профессиональный интерес как целительницы.

Дориан принимал правила этой игры, смеялся и отвечал на шутки, но то и дело впадал в глубокую задумчивость. Его пронзительный, тяжелый взгляд то и дело возвращался к моей фигуре, словно он пытался прожечь плотную ткань моего капюшона и разгадать, какую тайну скрывает хрипящая спутница его кузины.

Мне не хотелось мешать их фальшивой идиллии, да и притворяться перед генералом не было никаких сил, поэтому на редких стоянках я сразу же уходила прогуляться подальше от лагеря. Мне было о чем подумать, а одиночество стало моим единственным лекарством.

И вот, спустя тридцать часов этой изнурительной ментальной дуэли, туман Мглистых Просторов наконец расступился, являя нам цель нашего долгого пути. Из серой хмурой дымки вырос замок Эбонхолд. Цитадель из черного антрацита выглядела зловеще: острые шпили вонзались в низкое небо, словно пики, а массивные стены, казалось, заживо впитывали в себя скудный дневной свет. Во всем его облике сквозило мрачное, подавляющее и очень опасное величие.

На самом пороге нас встретил до безумия странный дворецкий. Обычно почтенные слуги в знатных домах выглядят сухими, поджарыми и неприметными, словно блеклые тени собственных хозяев. Здесь же перед нами выросла настоящая гора литых мышц, аккуратно втиснутая в безупречно скроенный, но едва не трещащий по швам строгий костюм. Смотрелось это зрелище невероятно комично и забавно.

Генерал Дориан приветливо кивнул великану, очевидно, зная его не первый год. Дворецкий в ответ почтительно, насколько позволяла его мощная шея, поклонился и без единого звука распахнул перед нами тяжелые, массивные двери из темного дуба. Глядя на этот угрюмый фасад, я внутренне приготовилась к тому, что внутри нас встретят беспросветный полумрак, затхлая сырость и пугающая атмосфера заброшенного склепа.

Но стоило нам переступить порог, как вся моя настороженность мгновенно сменилась чистым, запредельным изумлением.

В моем родном Доркалуме магия всегда была строгой, упорядоченной, холодной и подчиненной исключительно жестким военным нуждам — разрушать, защищать, подчинять. Здесь же, внутри Эбонхолда, царил упоительный, контролируемый хаос чистого творения. Вдоль бесконечных извилистых коридоров вместо привычных коптящих факелов в воздухе плавно покачивались и плыли лазурные сферы, разливая вокруг себя мягкий, убаюкивающий свет.

На полированных дубовых панелях стен пульсировали живые, полупрозрачные изумрудные лозы. Они чутко реагировали на тепло наших тел, лениво расправляя листья нам навстречу. Из приоткрытых дверей многочисленных комнат доносилось мерное, завораживающее тиканье невиданных механизмов, едва уловимый хрустальный шепот пробужденных артефактов и тонкие, пряные ароматы редких алхимических эссенций.