Книга Истинная пара, или Как я писала мемуары, страница 5 – Виктория Серебрянская, Элеана Рид

— Тпррру…

Услышала протяжный с нажимом голос старика.

Карета, медленно покачиваясь, остановилась. Проснувшаяся от этого Янка неуклюже села и потерла глаза, потянулась, отчего карета заходила ходуном и заскрипела.

— Чей-то остановились? Неужто ужо на месте?

Несмотря на свой лишний вес, девка ловко выбралась из кареты, запустив холодный воздух. Руки и ноги покалывало от холода. Но теперь была возможность незаметно для остальных размять замерзшее и затекшее от неподвижности тело. Чем я и занялась. И далеко не сразу сообразила, что после короткого и тяжелого сна тело начало хоть и неохотно, но подчиняться мне.

— Янка, замерзла? Лошадки загнались, нужон отдых. Старый наберет хвороста и разожжем костер. Обогреться. Похлебку сделаешь?

— Сделаю. Для госпожи кусок мяса положили. Наварю похлебку таку, шо пальцы откусите по локоть! — гордо заявила эта деревенщина.

— Ты токмо госпожу напоить не забудь. Помрет в дороге, нас накажутъ! — не забыл напомнить старик.

— Да кому она нужна? Помретъ, мы не виноваты. Сама напилась зелей. Как токо сразу душу не отдала!

— Не по-людски это, ох не по-людски… — послышался удаляющийся голос старика.

У кареты послышалось копошение и возмущенное фырканье лошади.

— Холод жгучий! Мы сами замерзнем, если дальше поедим. Надо что-то придумать, — не скрываясь заявила Янка. — Нам еды нормальной дали только для этой. На весь путь не хватит. Может, её того… а сами обратно вернёмся, в деревне переждем пару деньков и обратно к хозяйну?

— А что со старым делать бум? Он-то точно против будет, — заинтересованный голос молодого меня насторожил.

Одно дело, когда от тебя хочет избавиться один. И совсем другое, когда их двое.

— Тюкнем по темечку и усе, — как назло, в этот момент послышался далекий волчий вой. — Воть! Волки-то на кровушку придут, и эту тожо разорвуть, даже косточек не останется. Переждем в деревеньке и к хозяйну вернемся. Мол, сделали, как приказывали!

Страх пронзил ледяной иглой. Еще недавно я бы без особых проблем справилась бы с криминальной парочкой. Они явно неграмотные и ничему необученные крестьяне. А я ходила на курсы самообороны. Теперь же, в своем нынешнем беспомощном состоянии, я могу разве что визгом их оглушить. И то не уверена.

Опасаясь за собственную жизнь, с удвоенным упорством разминала только начавшие согреваться конечности, тратя при этом еще больше сил, что тоже было не лучшим решением. Надо бежать! Дернулась встать и тут же грохнулась обратно, мышцы работать отказывались. Сколько же я пролежала? И что со мной вообще произошло? Все, что подслушала, не укладывалось в голове. И пугало.

От дальнейших обсуждений плана по моему убийству этих двоих отвлек вернувшийся старик. Бурча себе под нос про ленивую молодежь, он, судя по еле слышному шуршанию и стуку дерева, собирался разжечь костер.

— Вы чо это, лошадку не накормили? Надотъ ей снегу натопить, напоить. Путь долгий. Чой-то делать бум, если помретъ?

Что-то зашуршало, зазвенела упряжь. А потом я услышала веселый хруст и хрупанье. Стало ясно, что лошадь все же накормили.

Судя по звукам, Янка носилась до кареты и обратно, видимо, готовя ужин и нахваливая еще не приготовленную похлебку. Ориентироваться лишь на слух было тяжело. И понять, какое сейчас время суток не было возможности из-за отсутствия окон и хотя бы малейшего света.