Онлайн книга «Истинная пара, или Как я писала мемуары»
|
И столько яда, столько желчи прозвучало в этих словах, что мне стало жутко. Эта Янка за что-то так ненавидела меня, что готова была сама, собственными руками убить. А я совершенно беспомощная! Защититься не смогу… Впрочем, исходящая от Янки угроза оказалась не самой большой моей проблемой. Но осознала я это далеко не сразу. Рябая деваха, как ей и советовал неизвестный мне Джер, выудила откуда-то большое меховое покрывало и замоталась в него почти с головой. Только торжествующая, полная блаженства улыбка и сверкала в такт раскачивающейся карете. А меня чем дальше, тем сильнее донимал холод. Несмотря на странную неподвижность тела, я все ощущала. И как постепенно немеют сначала кончики пальцев на руках и ногах. И как потом стынь поднимается выше, кажется, пропитывая собой кости. Это грозило не просто воспалением легких. С таким успехом я могла уснуть вечным сном. Сонливость уже накатывала на меня волнами, отнимая последние силы. Казалось, что мне нужно только на минуточку прикрыть глаза и отдохнуть, чтобы набраться сил бороться с холодом дальше. Хотя разум уверенно шептал, что спать нельзя. Если засну, дороги назад не будет. Пользуясь тем, что сидящая напротив Янка не могла видеть мою руку, зажатую между телом и стенкой кареты, я принуждала себя шевелить пальцами. Это сжирало просто прорву сил! Мне даже стало немного жарко. А результат удручал: пальцы едва-едва шевелились. О том, чтобы сжать руку в кулак или что-то в нее взять, не могло быть и речи. Сидящая напротив меня Янка, видимо, пригрелась под меховым покрывалом и уснула. Периодически косясь в ее сторону, я видела, как с каждым ухабом, на котором подбрасывало карету, девица все сильней и сильней клонилась в сторону двери. Наблюдая за этим, я мрачно пожелала нахалке про себя, но от души, как следует приложиться своей дурной головой о дверцу кареты. А еще лучше, чтоб дверь открылась и она вывалилась наружу. Рябая деваха храпела, как взвод пьяных солдат, выводя носом трубные рулады. И это раздражало больше всего. Мое «доброе» пожелание Янке, увы, не исполнилось. Вернее, не так: деваха все-таки сползла вниз и улеглась на сидение горизонтально. Но при этом не ударилась и не вывалилась наружу. Зато перестала храпеть. Так что я в наступившей тишине вздохнула с облегчением и почти простила нахалку. Дорога оказалась нудной и однообразной до зубовного скрежета. Внутри полумрак и смотреть, кроме потолка, не на что. Даже Янка оказалась вне поля зрения, из-за того, что легла на лавку и с головой зарылась в меха. Снаружи доносился размеренный стук лошадиных копыт, звяканье сбруи, поскрипывание деталей кареты. Иногда — вой усиливающихся порывов ветра. Я не знала, где едут мужчины и разговаривают ли они между собой. Если и разговаривали, мне не было слышно ни словечка. Постепенно холод и усталость после попыток разработать хотя бы пальцы взяли свое. И я незаметно для себя соскользнула в сон… …— Стефания, поздравляю с получением диплома! Молодец дочка! — с легкой улыбкой на холеном лице поздравляла меня мама. Отец, не отрываясь от просматривания политического журнала, сообщил не особо приятную новость: — Я уже распорядился, чтобы Илья от твоего имени подал пакет документов в дипломатический корпус. Слова отца неожиданно задели. Неужели он до сих пор считает меня маленькой и ни на что не способной? |