Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 292 – Лариса Петровичева

Родители ей, разумеется, скрутили шиш насчет денег: мол, если ты законная жена, то пусть муж и поворачивается, мы-то здесь при чем? А муж как раз на денежки рассчитывал, а раз их нет, то и проваливай подобру-поздорову. Как она поняла, что никакой любви там и близко нету, бросилась с корабля и потонула.

На этом месте истории Сандро прикрутил что-то в стойке, чтобы не качалась.

— И все бы ничего, да только с тех пор возле Харандора видят русалку. Плывет она рядом с кораблями, выпрыгивает из воды и заглядывает в иллюминаторы. Ясное дело, высматривает своего капитана, а как высмотрит, сразу же схватит и утопит. И вот это совсем не брехня, я сам ее видел. Бледная, волосы по воде стелются, а как заплачет, на душе так делается, словно кошки нагадили.

Звякнул колокольчик на двери – пришел посыльный. Он внес в «Цаплю» такой букет цветов, который, наверно, был размером с барышню, что прокляла Сандро и подсадила ему крысу.

— Это для госпожи Эрны Уиллоу! – заявил посыльный, со вздохом положил букет на стойку и вынул свой блокнот с карандашом. – Есть такая?

— Есть.

Я расписалась в блокноте напротив своей фамилии и завороженно взяла букет. От роз шел тонкий аромат, нежный и очень грустный, белые лепестки в тугих бутонах покрывали капельки воды. Мне никто никогда не дарил цветов, тем более настолько красивых, и на душе у меня сделалось…

Я не знала, как это описать. Мне хотелось взлететь.

— От кого это? – полюбопытствовал Лука. – Карточки вроде нету.

— Не надо карточки. – Я вдруг поняла, что улыбаюсь во весь рот. – Я и так знаю, от кого они.

* * *

Вечером Энцо снова пришел меня встретить. К этому времени я уже знала, что ведьма пока не попалась в ловушку: городские сплетницы болтали об этом целый день, на все лады перемывая косточки полиции и нарочито испуганно прикладывая руки к груди – что же делать, в городе орудует чудовищный преступник! Но, разумеется, никто из туристов не стал отказываться от места в гостинице и уезжать домой. Для всех это было особенным развлечением, номером в представлении, и я готова была поклясться: скоро разносчики сувениров будут предлагать на своих лотках календарики и значки с ведьмой.

— Спасибо за букет, – с улыбкой сказала я, когда мы неторопливо побрели по улице. – Я оставила его в «Цапле», ты не против?

— Он твой. Оставляй где хочешь.

— Я провожу там больше всего времени, – объяснила я.

Сейчас, после того как от портрета остались обгорелые ошметки холста, Энцо, кажется, выглядел моложе и свежее. Он сбросил с плеч тяжелый груз, который тащил с детства, и я была этому искренне рада.

— Решил, что надо тебя как-то отблагодарить, – усмехнулся Энцо. – Но я, честно говоря, не знаю, что надо дарить барышням. Не приходилось.

Я понимающе кивнула. Инквизиторы редко заводят семьи: принято считать, что рабочие повадки они приносят домой, а кто в здравом уме отважится связать свою жизнь с истязателем? Кажется, впервые я подумала о том, что им тоже несладко. Вроде бы ты живешь по закону, делаешь важные и нужные для общества дела, все тебе кланяются, жмут руку и зовут в гости, как бургомистр Ханибрука, но вот ты возвращаешься домой и остаешься в одиночестве. Ведьмам было проще. Ведьма могла найти себе мужа, пусть редко, но могла.

— Букет прекрасный, – сказала я. – Как идет расследование?