Книга Детский доктор или Попаданка в злую мачеху, страница 172 – Лана Кроу, Елена Смертная

Осталось самое последнее.

— Асмир, нужно, чтобы ты лег, — тихо сказала я. — Приляг, пожалуйста, на кровать.

Он послушно сменил положение. Я легла рядом, устроилась на его груди, погладила его руку с красной лентой.

— Ну что, любимый, до встречи, — прошептала я, поднимаясь и целуя его в губы. — Надеюсь, ты меня ждешь.

Я устроилась поудобнее, положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Самое главное сейчас — заснуть. Уснуть и найти его там, где он застрял. А потом вытащить оттуда.

В комнате было тихо. Свеча перед зеркалом мерцала, отбрасывая тени на стены. Я чувствовала тепло его тела рядом и слышала ровное дыхание.

— Я иду к тебе, Асмир, — прошептала я. — Уже иду.

* Асмир *

Это место… Проклятая пустошь. Выжженная земля, границы которой неумолимо расширялись с каждым днем, пожирая вместе с собой и меня. Сколько я здесь? Достаточно, чтобы понять: от меня остались лишь жалкие крохи. День за днем, тысячи и тысячи дней… Или, может быть… тысячи лет? Здесь время текло иначе — оно не шло, оно сгорало.

Я больше не помнил, кто я такой.

Я — дракон. Из знатной семьи. У меня… у меня есть дети. Я помнил их голоса. Я помнил их глаза. Я помнил их улыбки. И это, пожалуй, единственное, что удерживало меня на плаву среди этого пепелища. Только это заставляло меня вновь и вновь, тысячи и тысячи раз, пытаться вырваться из этой клетки.

Я забыл их имена.

Но я помнил, что у девочки… у моей дочери были золотые кудри. Я помнил, что, когда брал ее на руки, она смеялась, обхватывала мою шею руками и говорила… Она говорила, что любит меня.

Я помнил мальчика… Моего сына. Как мы сидели перед камином, как играли в шахматы. Я помнил, как он смотрел на меня, говорил, что хочет быть таким же, как я. Я помнил, что он… тоже дракон. Мне кажется, я даже чувствовал… чувствовал, что он дракон.

А еще я хорошо запомнил ее… Тварь, что заточила меня здесь. Ее вздернутый нос, белые волосы, этот мерзкий, наглый голос… Ее абсолютная власть надо мной…

Когда я только попал сюда, я помнил больше. Больше лиц, больше имен, больше воспоминаний. Но теперь… осталось лишь это. Но… и этого было достаточно, чтобы раз за разом подниматься в небо и пытаться вырваться отсюда.

Это место было моей тюрьмой. Днем сурка, где ничего не менялось. Я провел здесь столько времени, что научился определять время суток по звуку ветра. Он повторялся из раза в раз, и я мог определить, когда цикл оканчивался и начинался заново.

Все здесь было подделкой. Искусственные камешки, брошенные в аквариум, чтобы рыба не чувствовала себя совсем уж жалко. Я был той самой рыбой.

Эта дрянь… Она засунула меня сюда ради какой-то своей цели. И когда-то я знал… ради какой. Но не сейчас. Я забыл даже это. Я чувствовал, что скоро эта «рыбка» просто растворится, перестанет существовать.

Было здесь еще кое-что, что менялось. Помимо моей памяти, которая с каждым циклом становилась все более туманной.

Выжженная земля. Когда я здесь появился, все цвело. Это место казалось оазисом. И лишь одно небольшое, уродливое пятно пепла и золы виднелось на горизонте. А потом пришел он, смерч…

Сначала он был маленький, а теперь огромный, огненный, с молниями, золой и пеплом… Он уничтожал все, до чего дотягивался. Каждый день он пожирал все больше и больше территории, и я понимал, что настанет время — он сожрет и меня.