Книга Детский доктор или Попаданка в злую мачеху, страница 171 – Лана Кроу, Елена Смертная

С зеркалом пришлось попыхтеть. Мне нужно было поставить его так, чтобы оно смотрело прямо на кровать, а оно оказалось очень тяжелым. Хорошо, что в доме никого не было — выглядела я, наверное, смешно: растрепанная, красная от напряжения, толкающая по полу зеркало.

— Зато пока потеешь, не страшно, — пробормотала я, установив его наконец напротив кровати.

Я перевела дух и открыла чемоданчик Басмана. Он оставил его, чтобы мне не пришлось искать необходимое для обряда.

Я помнила, как он проводил ритуалы с точно таким же чемоданчиком, когда мы с Асмиром готовились к подтверждению брака. Тогда мне казалось, что там есть все на свете.

Сейчас внутри лежали ножницы, красные ленты разной ширины, свеча, спички и лист бумаги, исписанный ровным почерком Басмана. Все, что мне было нужно.

— Асмир, нам нужно перебраться на кровать, — сказала я, подходя к нему. — Пересядь, пожалуйста.

Он послушно поднялся и с моей поддержкой пересел на кровать. Я усадила его поудобнее, поправила подушку.

— Начнем со света, — сказала я.

Я зажгла свечу и поставила ее перед зеркалом, а после потушила весь свет в комнате. А также закрыла шторы.

Дальше вернулась к Асмиру и снова взяла в руки лист. Первый пункт есть, поехали дальше…

— Волосы, — сказала я себе.

Я взяла ножницы, отрезала прядь своих волос, потом — прядь Асмира, а после смешала их и положила прямо перед зеркалом.

— Ты часть меня, я часть тебя, да будет так, — прочитала я трижды.

После кинула непродолжительный взгляд на Асмира.

Ничего не изменилось. Асмир по-прежнему сидел и смотрел в пустоту. Я вздохнула и взяла красные ленты.

— Свадебный наряд, — прочитала я.

Я скинула юбку, осталась в длинной рубашке. Распустила волосы и принялась заплетать их в косу, вплетая красные ленты. Все это я уже делала однажды — тогда я выходила замуж за живого Асмира. Сейчас его здесь не было, но я знала: он вернется.

Я обула сапоги, положила монетку — как положено по обряду. Посмотрела на себя в зеркало. Внешний вид был настолько знакомым, что внутри кольнуло. Я поправила ленту в волосах и улыбнулась своему отражению.

— Интересно, что бы ты сказал, увидев меня? — спросила я, поворачиваясь к Асмиру. — Наверняка бы пошутил. Ты всегда шутил над этими обрядами.

Я подошла к нему, поправила его волосы, погладила по голове.

— Хотя в день, когда мы поженились, ты не шутил, — вспомнила я. Наклонилась и поцеловала его в щеку.

Я кинула взгляд на часы. Скоро полночь. Надо поторопиться.

Я взяла самую широкую красную ленту и повязала ее на свою руку, потом — на руку Асмира.

— Ты и я вместе в нави и яви, да будет так, — произнесла я трижды.

А после вернулась к чтению с листка. Теперь самые главные слова:

— Пусть видят боги: я по своему желанию отдаю себя, свое тело, свою душу Асмиру. Пусть видят боги: мы едины в этом мире и в том. Пусть видят боги: как красная нить нас связала, так и души наши сплелись. Он в навь — я за ним. Он в явь — я за ним. Да будет так.

Я прочитала эти слова трижды. После последнего раза по спине пробежал холодок. Я подняла глаза и встретилась взглядом со своим отражением. На миг мне показалось, что кто-то стоит у меня за спиной, но когда я обернулась — там никого не было. Только Асмир. Все так же неподвижный.

Я положила лист на столик.