Книга Елизавета, у нас отмена!, страница 109 – Алексей Фирсов

Старая Доротея испуганно затаила дыхание, боясь, что дочка срежется на сложном дипломатическом политесе. Но бойкая немочка даже глазом не моргнула. На её лице включился чистый, железный немецкий орднунг.

— Разрешите доложить решение задачи! — звонко чеканила Юлиана. — Первым делом я заберу пакет у курьера князя Миниха и лично, без стука, внесу его вам на стол, ибо военные реляции с Южного филиала и вопросы государственной безопасности имеют абсолютный приоритет над любыми приемами! Самого курьера немедленно отправлю на дворцовую кухню — выдать двойную порцию горячего мяса и чарку водки с дороги, дабы солдат чувствовал заботу дирекции!

— Так, принято! — Маша довольно кивнула. — А с остальными двумя клиентами что делать будешь?

— Французского посла маркиза де Шетарди посажу в Дальнюю Зеленую гостиную и велю подать ему чай, — без заминки продолжала Юлиана. — Причем посажу его ровно на тот диван, за портьерой которого сегодня дежурят люди карлика Тимофея! Пусть маркиз сидит, ждет аудиенции два часа, злится и болтает со своим секретарем под запись наружного наблюдения!

— Гениально! — хлопнул в ладоши сидевший в жюри капитан Вындомский. — А Его Высочество принца Антона Ульриха куда?

Юлиана чуть заметно, хитро улыбнулась уголками губ: — А Его Императорское Высочество я направлю в Большую Зеркальную галерею на втором этаже. Я скажу ему, что именно там сейчас самое лучшее утреннее освещение, при котором бриллиантовые пуговицы сияют особенно ослепительно! Принц встанет перед зеркалами и будет любоваться своим отражением как минимум полтора часа, не отвлекая Ваше Величество от чтения крымских депеш!

В гостиной повисла тишина, которая через секунду сменилась громким, искренним смехом генерального директора. Маша смеялась от души, утирая выступившие слезы. Элементарная логика, идеальное понимание психологии руководства, грамотная работа с контрагентами и нулевой пиетет перед иностранными послами! Это была не просто фрейлина — это был готовый начальник секретариата и личный ассистент высшей категории.

— Берем! Безоговорочно берем в штат! — отсмеявшись, объявила Анна II. — Юлиана, с сегодняшнего дня ты назначаешься старшей камер-фрейлиной и руководителем моего личного секретариата. Оклад — пятьсот рублей в год, проживание в смежных со мной покоях и полный доступ к внутреннему распорядку.

— Служу Императрице и Российской империи! — Юлиана радостно, по-военному прищелкнула каблучками туфель.

Маша перевела строгий взгляд на счастливую, уже готовую бежать собирать чемоданы в деревню Доротею. В Люберцах при смене материально ответственных лиц всегда проводилась полная инвентаризация, и здесь отступать от правил дирекция не собиралась.

— А теперь слушай сюда, Доротея, — голос Маши обрел командный, непреклонный металл. — Подписанный указ о твоей пенсии я тебе выдам только после подписания обходного листа. Никаких «я пошла, дочка сама разберется». Мы проводим официальную процедуру приема-передачи дел!

Императрица встала, подошла к старой баронессе и погрозила ей пальцем: — Доротея, передавай смену четко, чтоб она все знала как часы! По всей форме и под роспись!

— Как это — по форме, матушка? — затрепетала статс-дама.

— А вот так! Открываете амбарную книгу и по пунктам сдаете имущество и регламент! — чеканила Маша. — Пункт первый: полная инвентаризация моей личной шкатулки с драгоценностями, вплоть до последней жемчужины! Пункт второй: график приема лекарств и витаминов для цесаревича Ванечки! Пункт третий: список паролей и условных стуков в дверь от ночных курьеров князя Ушакова и Бестужева-Рюмина!