Онлайн книга «Ивар и Эрика»
|
Ее жаркие губы на моих губах… Я тут же делал попытку поймать Эрику в объятия и утащить под одеяло. Но такое редко удавалось. Моя жена была бдительна и быстра. Под ее смех я хватал руками только воздух… Мы завтракали вместе обычно овсянкой или яичницей, пили чай с тостами и маргарином. Теперь мы топили печь в нашей столовой и на плите на противне Эрика подсушивала ломтики пшеничного хлеба. Они хрустели на зубах и оставляли на столе массу крошек. Эрика бдительно следила, чтобы я не забыл надеть шарф и взять вязаные перчатки, а если на улице дождь — не забыл бы зонт. Мы целовались у двери, теперь уже по-настоящему, чувственно и я уходил, с трудом покидая объятия любимой женщины. Путь до остановки трамвая недолог и я, дойдя до нее, обязательно поворачивался и смотрел на наши окна. В одном из них обязательно виднелась головка Эрики. Она стояла у окна пока я не садился в трамвай. Я об этом точно знал. Мастерская, где находилась смотровая яма, отапливалась небольшим обогревателем, работавшим на керосине. Холодно не было. В мастерской мы с Клаусом и если работы много было, с участием Юргена, возились до обеда. Вкуснейший суп Марты и ее шницели мы поглощали с большим удовольствие и после получасового перерыва продолжали работу. Мастерская Юргена пользовалась доброй славой и без работы мы не сидели. Клиентов было хоть отбавляй. Дело еще и в том, что все автомобили в Виндобоне привозные и, как правило, уже до этого несколько лет побегавшие по дорогам других стран континента. Подержанная машина без регулярного ремонта не обойдется. Но порой нам пригоняли и новенькие авто, заменить масло, отрегулировать фары и прочее мелкое обслуживание. Солидными влиятельными господами занимался сам Юрген. Вечером, сняв комбинезон и умывшись, я отправлялся домой. Трамвай привозил меня к дому и я, ускоряя шаг, устремлялся в наше теплое гнездышко. Обычно я успевал постучать в дверь один раз, прежде чем ее распахивала Эрика и обнимала меня за шею, привстав на цыпочки. Без туфелек на высоком каблуке ей приходилось это делать. Мы целовались, словно не виделись неделю-другую. Меня ждал ужин и рассказы о прошедшем дне. Причём, пока я ел, Эрика меня ни о чем не спрашивала. Но стоило мне закончить с едой, как со своим отчетом наступала пора выговариваться мне. Женщины обожают знать все в мельчайших подробностях — кто что сказал, о чем, когда и с каким выражением лица. Я, посмеиваясь, рассказывал Эрике о прошедшем дне в мастерской у Юргена. Эрика хмурила брови. — Ты смеешься надо мной? — О, нет, милая! — Ивар, как ты не понимаешь! Я хочу делить с тобой все! Мне интересен каждый миг твоей жизни. Мы — женщины живем эмоциями. Вы мужчины не такие — вы черствые и скрытные! Уверяя Эрику в том, что я мягкий и открытый, я шел мыть посуду, а Эрика отправлялась с вязанием, поближе к мурлыкающему песенки радиоприемнику. После этого я отправлялся во двор, чтобы сделать на кухне запас топлива назавтра. Спустя час мы шли в ванную комнату, а потом, с хрустящей, отмытой кожей, в постель под одеяло, чтобы дарить друг другу радость любви. Иногда, обычно в субботу к нам забегали Дорис и Петер, когда вместе, когда по одному. Мы пили чай и болтали обо всем. В продуктовую лавку в обычные дни ходила Эрика, а в выходные мы ходили вместе. Дни бежали за днями. Пришла зима с холодным нудным дождем и пронизывающими ветрами с севера. |