Книга Графиня Воронцова, страница 67 – Алексей Фирсов

— Вы видели суть, а это дано немногим, — отрезала Императрица.

Она на мгновение замолчала, задумчиво разглядывая меня. Ее взгляд скользнул по моему лицу, задержался на шее и опустился на талию, скрытую пышными складками шелкового платья. В глазах Екатерины внезапно мелькнуло чисто женское, лукавое любопытство.

Государыня чуть подалась вперед, опираясь локтями о подлокотники кресла, и понизила голос, так что ее тон из императорского превратился в интимно-доверительный.

— Скажите мне, дитя мое… — мягко, с ласковой материнской улыбкой спросила она. — После такого продолжительного и, судя по цветущему виду графа, весьма… благотворного медового месяца на европейских водах… Не готовитесь ли вы стать матерью?

В кабинете повисла звенящая тишина.

Вопрос застал меня врасплох. Я поперхнулась воздухом, чувствуя, как краска стремительно заливает мои щеки. Мой мозг Алисы, привыкший к корпоративной этике, где такие вопросы считались табу, на секунду отключился. Но здесь был восемнадцатый век, и фертильность женщины была вопросом государственной важности, особенно когда речь шла о наследниках такого огромного состояния, как воронцовское.

Я машинально бросила панический взгляд на мужа.

Василий Петрович, стоявший рядом, не утратил своей аристократической невозмутимости, но я заметила, как дрогнул уголок его губ в тщательно скрываемой усмешке. Он явно наслаждался ситуацией, предоставив мне самой выкручиваться из этого щекотливого положения.

— Ваше Величество… — я судорожно сглотнула, пытаясь подобрать слова и восстановить дыхание. — Мы… мы с графом были так увлечены путешествиями и созерцанием европейских чудес, что… Господь пока не послал нам этого благословения.

Екатерина чуть прищурилась, ее улыбка стала еще более лукавой и понимающей. Она прекрасно видела мое смущение и, кажется, сделала из него правильные, хотя и весьма пикантные выводы о наших отношениях с шестидесятилетним супругом.

— Что ж, всему свое время, графиня, — благосклонно кивнула Императрица, откидываясь на спинку кресла. — Молодость и здоровье на вашей стороне. А пока вы не обременены детской люлькой, у меня для вас есть дело, требующее вашего незаурядного ума прямо здесь, в Петербурге.Я внутренне напряглась. Вот оно. Разминка закончилась. Императрица переходила к главному блюду, ради которого нас и сорвали с насиженного европейского места. Заговор Калиостро начинал обретать реальные очертания.

Глава43. Гнев Императрицы и охота на мага

Екатерина откинулась на спинку кресла, и ее лицо, секунду назад излучавшее добродушное женское любопытство, мгновенно преобразилось. Взгляд потяжелел, губы сжались в тонкую линию. Передо мной снова сидела железная правительница огромной империи.

— Оставим дела семейные, графиня, — сухо произнесла Государыня, постукивая сложенным веером по подлокотнику. — У нас есть проблема государственной важности. И, признаться, проблема крайне раздражающая.

Она перевела взгляд на моего мужа, затем снова на меня.

— Дошли ли до вас в Европе слухи о некоем графе Алессандро Калиостро?

— Мы получили письма от графини Голицыной сразу по прибытии, Ваше Величество, — осторожно ответила я. — Говорят, этот человек творит в столице чудеса.

Екатерина презрительно фыркнула.